Ах, Осириус! Если бы человеку было дано побывать здесь, он бы подумал, что попал в рай. Две Башни, окруженные озером Ламор, населенным всевозможными видами рыб, которых не встретишь даже на Земле, а в зарослях камышей квакают лягушки. От озера уходит вдаль волшебная роща аметистовых аморилисов, таких высоких, что за их кронами не видно звезд. Кристально чистый воздух с нотками ароматов цветов опьяняет, если вдохнуть полной грудью. Цветы здесь растут повсюду: клумбы с тюльпанами, лилиями и яркими люпинами разбиты по всему Осириусу, вдоль дорожек растут желтые акации, гортензии с удивительными шарами соцветий и рододендроны, а между ними, в траве, там и тут мелькают маргаритки и колокольчики. Пение птиц, вьющих гнезда в диких садах Осириуса, завораживает и вводит в транс, и кажется, будто ты летишь сквозь пространство и время в неизвестность. Богатство нашего животного и растительного мира трудно передать словами – здесь все время цветут растения, так что воздух постоянно наполнен благоуханием, плодовые растения приносят урожай круглый год, и, даже просто гуляя по саду, можно насладиться спелыми и сочными фруктами. Все животные здесь дружелюбны. Нередко они подходят и устраиваются на отдых у тебя в ногах или даже забираются на колени. Все здесь находится в гармонии. Да, это наш мир!
– Эй, Джош! Что ты делаешь? Опять грезишь о далеких мирах под пение диких птиц? – и она залилась звонким, заливистым смехом, знакомым мне с детства. Это Леа. Она – ангел, моя помощница и подруга. Мы выросли вместе здесь, в Осириусе, и знаем каждый его закоулок. А еще у нас есть любимые места, о которых знаем только мы двое и больше никто, поэтому от нее у меня не получается скрыться. Никогда.
– От тебя так просто не спрячешься, Леа, – усмехнулся я, обернувшись. – Не думал, что ты будешь искать меня здесь.
Леа подошла ближе, она была одета в легкую льняную тунику, ее голову украшал венок из ромашек, а в руках она держала колокольчики и маргаритки, собранные в букет. Меня тут же окутало облако аромата полевых цветов.
– Я знаю все твои любимые места, Джош. А это – твое самое любимое! – и Леа снова разразилась смехом, легко ударив меня букетом по плечу.
Да, это место было моим любимым. Небольшая опушка рядом с горным ручьем. Я любил проводить здесь время, сидя под кроной большой старой ивы, и смотреть на стремительно бегущую воду горного ручья, переходящего в реку. Во время полуденного солнца блики на его поверхности превращались в золотистые косяки рыб, мерцающие и переливающиеся в толще воды. Рыбы здесь тоже были, они иногда выпрыгивали из воды, пытаясь справиться с течением, но оно неумолимо уносило их вниз. Растущие неподалеку ивы шелестели листвой, перешептываясь с ветром, а птицы, вьющие гнезда в их зарослях, взмывали в воздух при каждом ветерке, запутавшемся в густых кронах.
– Да уж, ты меня знаешь!
– Не сомневайся в этом, – она хитро прищурилась. – Но искала я тебя по делу, – ее лицо стало серьезным, хотя глаза все еще смеялись.
– Что-то случилось? – я поднялся на ноги, отряхивая с одежды помятую траву и лепестки маргариток.
– Твой отец ищет тебя и, похоже, у него к тебе серьезный разговор, – Леа пытливо смотрела на меня, пытаясь понять, о чем я думаю.
– Опять?! Я был у него сегодня утром, и он, как обычно, рассказал мне очередную историю, просил подумать над ней. И больше ничего. Это так утомительно, Леа, каждый день эти истории! И каждая о судьбе мира! Ну почему нельзя просто поговорить о погоде, например?
– А по-моему – это очень интересно! Все эти истории, которые он рассказывает, скажи, это действительно правда? Вот бы послушать хоть одну! – Леа смотрела на меня с воодушевлением, а в ее глазах читалось безграничное любопытство.
– Хорошо. Как-нибудь я тебе расскажу! – отозвался я. – И поверь, лучше это делать перед сном, так ты быстрее уснешь! – я хитро ухмыльнулся и подмигнул Леа. Она рассмеялась и слегка толкнула меня в плечо. Леа всегда была любознательной, не то что я…
Иногда мне кажется, что Наследником должен становиться тот, кому это интересно, а не тот, кому суждено. Я не верю в судьбу, поэтому считаю, что все эти суждения о Наследнике ошибочны и не имеют никакого смысла. Но делать нечего, если я не явлюсь к отцу, он поручит своим ликторам найти меня. Уж лучше приду сам!
