Санни фыркает, потому что Стив обиженно дуется и топает ногой, а Эрик усмехается, перехватывает оба ведра одной рукой и облизывается.
- Пап! – Стив едва не плачет, хватает Эрика за ногу и трясет. – Пап, не ешь!
- Ты даже не поделишься со мной? – Эрик притворно печально вздыхает и прикрывает глаза. – Я вырастил жадину.
- Нет! – Стив всхлипывает и топает ногой. – У тебя есть свой. А это мой и мамин!
Санни вздыхает и закатывает глаза, потому что на них начинают оборачиваться, подхватывает готовящегося к истерике Стивена на руки и чмокает его в нос.
- Ну хватит, – она исподтишка показывает Эрику язык и убирает с лица Стива налипшую челку, – папа просто шутит. К тому же, если он ел наш попкорн, мы просто возьмем у него немного.
- Да? – Стив поднимает на Санни влажные глаза и обхватывает ее за шею. – Мам, проверь.
Санни смеется и оглядывается, подзывает Эрика ближе и быстро целует его в губы. Эрик ухмыляется, чмокает расцветшего Стива в макушку и оглядывается на хихикающего Тони. Они уже почти доходят до входа в зал, когда Эрик разворачивается, закидывает в рот несколько зернышек из разных ведер и продолжает идти спиной вперед:
- Ну что, госпожа судья, я казнен?
Стив радостно хохочет, а Тони выкрикивает возмущенное «пап!». Санни закатывает глаза, протягивает билеты и фыркает:
- Безапелляционно.
- Мам, а зачем он надел трусы на штаны? – Стив дергает Санни за волосы и склоняет голову набок. – Он что, дурак?
Когда фильм заканчивается, они сливаются с толпой выходящих из зала и медленно продвигаются к выходу. Стив засыпает на ходу, поэтому Санни берет его на руки, Эрик по-прежнему несет два теперь уже полупустых ведра с попкорном, а Тони держит его за край куртки и идет следом.
- Это такая маскировка! – Тони радостно подскакивает и толкает Стива за ногу. – Все смотрят на трусы, и никто не замечает его лицо. Он же не носит маску, а никто его все равно не узнает.
- Нет, – Стив зевает и качает головой, – его мама не научила, как одеваться. И вообще он мне не понравился.
Они выходят на улицу, и Санни вдыхает городской воздух полной грудью. Она гладит полусонного Стива по голове и целует его в висок, смотрит на восторженного Тони и усмехается:
- Почему?
- Папа лучше, – просто отвечает Стив, и Эрик издает то ли скептический, то ли счастливый смешок.
Тони долго смотрит на уложившего голову Санни на плечо Стива, переводит взгляд на Эрика и поджимает губы.
- У тебя тоже есть костюм? – наконец спрашивает Тони.
- Есть, – соглашается Эрик, – и я не надеваю трусы поверх штанов.
- Ага, – Санни усаживает Стива в кресло и забирает из рук Эрика ведерки, – зато у тебя плащ рваный.
- Он не рваный, – Эрик захлопывает дверь и заводит машину.
- Ну да, конечно, – Санни закатывает глаза, оглядывается назад и замечает, что проснувшийся Стив смотрит на них едва ли не с обожанием.
Тони фыркает и отворачивается, оставаясь при своем, и напоследок бросает:
- Но папа не герой.
- Зато он наш папа, – возражает Стив, – и он тоже умеет летать.
Эрик фыркает и трогается с места, Санни касается его ладони, переплетает пальцы всего на мгновение и улыбается. Тони поджимает губы, смотрит исподтишка на брата и незаметно кивает.
====== Золото ======
Санни разглядывает возведенную из обломков каирских домов пирамиду, слушает, как Эн Сабах Нур раздает указания, и пристально смотрит Эрику в глаза. Она не говорит ему ничего, но Эрик склоняет голову набок и усмехается, бросает быстрый взгляд на распростертого на каменном ложе Чарльза и уходит, получив свое задание. Эн Сабах Нур выпроваживает всех, кроме нее, и Санни слегка улыбается, наблюдает, как он укладывается рядом с Чарльзом, и невесомо касается пальцами его висков.
- Что ты собираешься делать? – Чарльз пытается выбраться, но только бесполезно барахтается на холодном камне. – Зачем все это?
- Видишь ли, Чарльз, – Эн Сабах Нур усмехается и касается руки Санни в ответ, – мое тело лежало под землей тысячи лет, оно испорчено, и теперь мне нужно новое. Твое подходит лучше всего.
Из горла Санни вырывается смешок, она чувствует себя сумасшедшей, проводит по лбу Чарльза холодной ладонью и растягивает губы в улыбке.
- Мы будем вместе, Чарльз, – шепот вырывается из горла надрывными хрипами, – навечно.
Чарльз смотрит на Санни пронзительно, вздрагивает, когда она пробегает пальцами по его скулам, и качает головой. Санни смеется, кивает Эн Сабах Нуру и так и застывает за головой Чарльза, опираясь ладонями на камень под его спиной.
Эн Сабах Нур что-то говорит, точно читает заклинание, вершина пирамиды распахивается, солнечный свет слепит на мгновение, заливает огромную залу, превращается в расплавленное золото и стекает по желобам. Золото течет, заполняет высеченные в камне рисунки, и Санни отнимает руки, когда оно протекает под ее пальцами. Эн Сабах Нур расслабляется и закрывает глаза, а Чарльз наоборот напрягается, стискивает кулаки и сжимает зубы. Санни знает, что происходит, и продолжает ничего не делать, невесомо касается кончиками пальцев лица Чарльза и выдыхает ставший внезапно горячим воздух.
