— Ничуть. Хотя не знаю, насколько нам это поможет, если следующий залп попадет в хранилище взрывчатки. Алхимической такой, она даже в воде горит, — Дом нервно рассмеялся и отхлебнул из бутылки.
Они шли в плотном человеческом потоке, огибали повороты, но чем дальше они шли, тем медленнее становилось движение толпы. Люди Ханнеса тянули шеи и ругались, пытаясь понять, что так стопорит их. Доминик объяснил, что на нижних этажах башни есть выход к воде, сразу на Озеро Солнца, но вот лодок на всех, как ни крути, не хватит. Строго говоря, они с Элль уже опоздали. Повезет, если лодки будут возвращаться.
— А где Ирвин? — спохватилась Элль. Она приподнялась на цыпочки и попробовала осмотреться, но заклинателя нигде видно не было.
— Не знаю, — не слишком-то и скрываясь ответил Дом. — Скорее всего, выводит подводными путями наших высокопоставленных господ. Не пристало же им выбираться вместе с челядью.
По ушам снова резанул рев. Все замерли, вжались в стены, как будто это могло хоть как-то помочь. По башне прокатилась волна дрожи, затем снова разлилось безмолвие. Толпа вновь пришла в движение, сбрасывая с себя оцепенение, но лишь на секунду. А в следующее мгновение тонкий писк скальпелем разрезал общий гомон. Звук сначала шел тонкой линией, вился, как нить, потом начал шириться, вытесняя все остальные звуки, мысли. Он вкручивался в мозг и уши и остро касался позвоночника, заставляя съеживаться, выгибаться, трястись в попытках избавиться от этого нескончаемого тонкого, как игла, звона.
Элль зажала уши. К горлу подступила тошнота. Люди рядом с ней валились на пол, кричали, но Элоиза не могла расслышать ни слова. Все заполонил писк. Она не сразу поняла, что кто-то дергает ее за руку. С трудом повернула голову и заметила Доминика. Тот крутил в руках опустевшую бутылку и под его пальцами она стала мягкой, податливой, как глина. Дом отщипнул кусок стекла и вставил его в ухо Элль. Потом проделал то же самое со вторым ухом, и писк стал тише. Не исчез полностью, но теперь хотя бы не причинял физической боли. Элль тяжело вздохнула, жестами поблагодарила Доминика, на что тот лишь достал из своих запасов новую бутылку и откупорил ее, махнул рукой и приказал Элоизе следовать за ним.
Элль вскинула брови и указала на людей, лежавших вповалку по всему коридору. Доминик отмахнулся. Элль попыталась жестами объяснить, что они должны помочь им, на что в ответ получила целую композицию из неприличных жестов. Она даже не догадывалась, что их может быть так много. Дом закончил свое почти танцевальное представление, схватил Элль за ткань рубашки и повел вниз.
Он не сильно беспокоился о том, чтобы шагать аккуратно. Молодого алхимика качало, как будто они уже поднялись на борт и угодили в шторм. Из окна было видно, как во взбесившиеся волны с башни падают крупные камни. Видимо, какой-то из этажей все-таки повредили, но запаха дыма не было.
«Должно быть, Галстеррские технологии», — подумала Элль. В какой-то момент люди в коридоре закончились. Те, что порывались дойти до лодок раньше всех, теперь лежали ровной линией, как будто кто-то заставил их выстроиться и держаться на расстоянии.
В одной из лежащих Элль узнала Ору, иногда приносившую ей еду из общей столовой. Из щеки девушки торчала ледяная игла. Не обращая внимания на возмущения Доминика, Элль остановилась возле Оры и поднесла руку к ее лицу. Девушка дышала, надсадно и прерывисто, но дело было скорее в писке, который до сих пор отдавался во всем теле, как будто кто-то водил острым ногтем по внутренней стенке черепа.
Дом тем временем прошел дальше и оказался в просторном круглом зале, от которого в четыре стороны расходились абсолютно одинаковые проходы. Нетвердой походкой Дом шагнул сначала в одну сторону, потом помотал головой и направился в другую, понял, что запутался и начал злиться. По движениям губ Элль поняла, что молодой человек опять ругается.
Элоиза закрыла глаза и попыталась уловить магический след. Сфокусировалась на запахах, трепете магии, но… не почувствовала ничего. Открыла глаза, когда Дом ткнул ее в плечо и указал на один из коридоров. В откосе слабо поблескивала ледяная игла. Она уже начала таять.
Значит, не только они с Домиником поняли, как защититься от оружия галстеррцев. Элоиза припустила вперед, но была вынуждена сбавить шаг. Дом уже с трудом подволакивал ноги и цеплялся за стены, чтобы сохранять вертикальное положение. Элль выругалась, вернулась, закинула его руку себе на плечо и потянула вперед. Это не особо-то улучшило положение дел, но теперь девушке хотя бы было куда приложить клокотавшую внутри ярость.
«Вот за что мне все это, а?» — повторяла она, то и дело злобно зыркая на Доминика. Хотелось придать ему ускорения хорошим таким пинком, но Элль держалась.
