В течение нескольких недель после этого, мы с Нэйтом погрузились в омут вожделения, в котором зародилась наша тайная интрижка. Я проходила мимо его девушки в школьных коридорах и ухмылялась ей — ничего не подозревающей. Каждый день после школы, сидела на репетиции группы и смотрела на Нэйта, когда он бренчал на гитаре, и краснела от мысли, что он точно так же проводит своими пальцами и по мне.
— Нэйт, я хочу, чтобы ты сыграл на мне, как на своей гитаре.
— Ты будешь моей маленькой развратной девочкой с гитарой.
Однажды я пришла к Нэйту, готовая к 238 раунду, но вместо того, чтобы быть встреченной полным предвкушения партнером, я натолкнулась на крики и отказ. Очевидно, кто-то видел нас и угрожал рассказать все его девушке. Поначалу я подумала, что это прекрасно, и я смогу заполучить его в свое распоряжение, но я не была выбором Нэйта…
Поэтому прибежала домой и ворвалась в спальню брата. Коул лежал на кровати, сочиняя тексты песен или что-то в этом роде, а я, не задумываясь, сорвала с себя свой топик прямо перед ним.
— Лили, что ты бл*ть творишь? Ты с ума сошла?! — закричал на меня Коул, пытаясь обернуть одеяло вокруг моего обнаженного торса.
— Видишь эти синяки? И посмотри на следы укусов. Почему бы тебе не спросить у Нэйта, как я их получила? — заявила я, прежде чем выбежать из его комнаты.
Последствия случившегося расплываются в моей памяти. Очевидно, я активировала способность блокировать воспоминания, которым не собиралась позволять преследовать меня. Одним словом, я сорвалась — эпически сорвалась. Это был мой последний рецидив и крах перед тем, как я начала принимать препараты.
Все, что я помню — это возвращение в школу. Следующие дни были наполнены лекциями моих слишком заботливых братьев, бесконечными звонками моего психотерапевта, отслеживающего каждый мой шаг, и девушкой Нэйта, набросившейся на меня в школьной столовой. Но, как и всегда, Пейтон прикрывала меня, а Харли держала за руку.
Вальсируя по школьным коридорам в футболке, которую подарила мне моя одержимость, заправленной в джинсовые шорты кислотного цвета, я чуть ли не подпрыгивала. Ведя себя так, как будто ничего не произошло. Моя высоко поднятая голова вскоре опустилась, когда я услышала, о чем шепчутся обо мне окружающие.
«Нэйт сказал, что она набросилась на него, и ему пришлось отправить ее домой. Наверняка он был очень смущен, а она впоследствии, преследовала его на протяжении долгого времени», — сообщил кто-то шепотом.
«Но ведь он не мог такого сказать? Он говорил мне, что хочет меня».
