Нэйт. Он был добрым и загадочным со своим мрачным «я ненавижу жизнь» образом. Как-то я пыталась закончить курсовую работу на продавленном диванчике в нашем гараже (их месте для репетиций), а Нэйт подошел и сел рядом со мной так близко, что наши ноги соприкоснулись. Он наклонился, положил свою бледную татуированную руку мне на плечи и посмотрел на мою работу. Как только я почувствовала соблазнительный аромат его лосьона после бритья, смешанный с потом после репетиции, я попалась на крючок. Его откровенное заигрывание было как раз тем, что мне было нужно.
— Вау, ты отлично владеешь словом, никогда не задумывалась о писательстве?
Этого было достаточно, чтобы я стала одержима им.
Неделями напролет я фантазировала о нем. Подписывала свое имя его фамилией вместо собственной, обрамляя сердечками разных форм и размеров. На репетиции группы намеренно приходила в откровенной одежде. И даже дошла до того, что в отчаянии посылала сама себе цветы, пытаясь вызвать у него хоть какую-то ревность.
— Вау, да ты, похоже, пользуешься популярностью.
Возможно, это было не более, чем наблюдательностью, но в тот момент я убедила себя, что это тот самый сигнал, который я ждала.
Следующим вечером я поджидала в его стареньком «гольфе», когда он завершит репетицию группы. Сквозь затемненные тонированные стекла с заднего сиденья его машины я наблюдала, как он кулаком ударяет по кулаку моего брата Коула. Мое сердцебиение участилось до безумного темпа, когда я представила, что произойдет, если Коул найдет меня здесь. Волнение приводило в возбуждение.
Я сидела в напряженном ожидании, и на мне не было ничего, кроме моего собственного пота. Мой неорганизованный нелогичный план состоял в том, чтобы дождаться, пока мы приедем к нему, и просто наброситься на него. Ну какой натурал сможет отказать голой девушке?
Я спряталась, когда он сел в машину. Пока я ждала, когда машина тронется с места, стала свидетелем того, как он набирает чей-то номер. Номер девушки.
«Как тот факт, что у него могла быть девушка, даже не пришел мне в голову?»
— Привет, красотка, я только заеду домой принять душ, а после приеду к тебе.
Тот факт, что он говорил с ней таким сладким, томным голосом, возбудил меня еще больше.
— Хорошо, детка, скоро увидимся.
Ее ответ был тихим и приглушенным, но я мгновенно определила, что он принадлежит какой-то альтернативной эмо-цыпочке, которая подошла бы ему лучше, чем я — типичная блондинка, искусственно-загоревшая кукла Барби с эмоционально разложившейся сущностью.
