В городе глубокая ночь. В окна стучит дождь, уже по-настоящему осенний, хотя на календаре еще август. Мне плохо. Сказывается время, прожитое без тебя, и то, что ты до сих пор так и не перезвонил. Наглоталась лекарств, чтобы уснуть. Я никому не показываю, что творится у меня в душе, для всех окружающих я такая же, как и всегда. А ночью, когда я одна, приходит отчаяние. Оно накрывает меня, как волна, мешает дышать, лишает сна, и по моим щекам безудержно катятся слезы. Я смирилась с тем, что ты приедешь лишь во второй половине сентября, но твои звонки для меня – как глоток воздуха, как дыхание жизни, как луч света. Но ты не звонишь. Меня некому поддержать. Думаю, что через пару дней начну принимать транквилизаторы. Иначе не смогу, сорвусь… Я не виню тебя, просто прошу помнить обо мне, о том, что я беспокоюсь за тебя, ведь ты – уже неотъемлемая часть моего сердца, моей души, моей жизни…
Ветер, ты видишь – я плачу?
Плачу холодным дождем.
Пламенем дом мой охвачен,
Мысли все скованы льдом.
Ветер, возьми мои крылья,
Мне расхотелось летать.
Книги, покрытые пылью,
Буду я ночью читать.
Ветер, согрей мои руки,
Рядом со мною побудь.
Месяцы долгой разлуки
Вновь не дают мне уснуть.
Ветер, ты снова уходишь,
Мне оставляя печаль,
Снова мосты все разводишь,
В лед превращая хрусталь.
Ветер, ты слышишь – мне больно?
Душу мою забери,
Слезы останутся солью,
Ты их ладонью сотри.
Ветер, останься со мною,
Я не смогу быть одна.
Где-то погасшей звездою
Падает с неба мечта.
Ветер, я знаю, ты рядом,
Ты мне напомнил Его
Сердцем, дыханием, взглядом…
Ветер!.. Да нет, ничего…
Телефон предательски молчал. От Артема не было никаких вестей. Лере от этого становилось все хуже. Отчаяние разъедало изнутри. Ей казалось, что лучшая часть ее души просто отмирает, превращаясь в засохшую обугленную ветку некогда цветущего дерева. Воздух был плотным и серым, и каждый вдох давался с усилием и болью. Она пыталась найти причину внезапного молчания, копаясь в себе и вспоминая все их последние разговоры. Но ничего странного в памяти не всплывало. Артем все так же интересовался ее жизнью и говорил с ней нежно и с любовью. Вот только о своих делах рассказывал все меньше и меньше, и часто в его голосе проскальзывала скрытая грусть, которую девушка объяснить не могла.
Валери печально наблюдала, как страдает Лера, и с сожалением осознавала, что ничем сейчас не может ей помочь. Нельзя за одну ночь научиться быть самодостаточным и внутренне сбалансированным человеком. Нельзя понять, как контролировать свои эмоции и расставлять приоритеты. Юность – это время поспешных решений и призрачных идеалов. Позже мы шаг за шагом, взрослея, делая ошибки, сталкиваясь лицом к лицу с прозой жизни, растем и наполняем свою душу новым опытом. События и поступки выстраиваются в длинные цепочки, в конце концов ведущие нас именно в то место, где мы должны быть, и к тому человеку, которым каждый из нас должен стать.
А Лера мучилась от бессонницы. Ночи превратились в кошмарное забытье, а дни тянулись медленными серыми буднями, которые она видела сквозь призму постоянной, разрывающей голову боли, и никакие препараты не снимали ее надолго.
Забыть, не ждать, себя заставить
Молитвой душу не терзать,
И сердце временем не плавить.
Но как забыть и как – не ждать?
Опять бессовестно играешь
Моей любовью и душой,
Опять молчишь, хотя ты знаешь,
Что я зову тебя домой.
Я, обретая, вновь теряю,
Но мне уйти уже нельзя,
И я от боли умираю,
И псы у плахи голосят.
– Ден, привет! Как ты? Можно заехать сегодня, у меня к тебе ответственное задание, – Лера набрала номер друга и попыталась казаться веселой. Они не виделись с момента последнего отдыха на даче, а сейчас ей очень нужна была его помощь.
– Да, какие проблемы, конечно! Ты же знаешь, я всегда рад тебя видеть! – Ден, как обычно, был приветлив. За полтора года общения с ним Лера поняла, что за внешним обликом ветреного красавчика скрывается большая добрая душа. Ден всегда мог выслушать, прийти на помощь и поддержать. А еще, она была ему безумно благодарна за то, что несмотря на свою любовь к противоположному полу, он никогда не претендовал на ее сердце и внимание. Особенно в эти минуты. У них сложились теплые доверительные отношения, больше похожие на отношения старшего брата и сестры.
– Давай, мать, рассказывай, что произошло. У тебя такой вид, как будто тебя переехал поезд или выпустили из концлагеря! Ты же вроде только из отпуска вернулась, должна быть не только загоревшей, но и жизнерадостной, – Ден поцеловал Лерку в щеку. – Проходи на кухню, почаевничаем, а заодно и поговорим.
Он поставил чайник на плиту и пару минут молчал, изучая Леру испытывающим взглядом. Тишину прервал свист закипающей воды. Ден заварил крепкий черный чай в большой чашке и поставил ее перед девушкой.
– Как ты любишь, с лимоном и без сахара. И я весь во внимании.