Короткий отпуск подходил к концу, пора было возвращаться. Обратных билетов на поезд по-прежнему не было, ни из Краснодара, ни из ближайших городов. Лера безуспешно штурмовала железнодорожные кассы, но даже бронь не снималась, как это обычно бывает перед отправлением. Поэтому она приняла решение ехать автобусом до Донецка, а оттуда уже добираться домой. В Донецке жила еще одна артековская подруга, которая с радостью согласилась встретить Леру.
11.08.2000
Как же я скучаю по тебе… Еще два дня я проведу в солнечном Краснодаре, а потом… Потом снова в путь. На сей раз меня занесет в Донецк. Только так я могу добраться до Украины (про Полтаву пока вообще молчу). Верю, что уже совсем скоро услышу твой голос. Пока только голос… Но лето на исходе, и не за горами тот день, когда мы будем вместе.
Я вспоминаю теплые рассветы,
В прозрачной дымке ласковый прибой.
Свою беспечность нам дарило лето,
А я хотела просто быть с тобой.
Я по дороге шла навстречу ветру,
Степные травы пели вместе с ним,
И я шепнула миру по секрету,
Что только ты душой моей любим.
А в синем небе весело смеялись
И снова к морю плыли облака,
Они со мною каждый раз прощались,
Свою мечту неся издалека.
А я встречала теплые рассветы,
И по песку бежала босиком.
Свою беспечность мне дарило лето,
Печаль развеяв легким ветерком.
Почти двое суток Лера провела в дороге. Сначала на жестком сидении старого Икаруса, что медленно тащился по широким степным дорогам в Донецк, но это был единственный рейс, на который можно было взять билеты, поэтому выбирать не приходилось. В автобусе было невыносимо жарко, он подолгу стоял на автостанциях кубанских станиц, и девушке казалось, что пешком она дошла бы быстрее и с большим комфортом.
Когда, скрипя старыми колодками, Икарус наконец въехал в Донецк, Лера с облегчением выдохнула. Почти шестнадцать часов в позе шахматного коня, без нормальной еды и свежего воздуха – это было слишком даже для такого любителя путешествий, как она. Город встретил ее широкими чистыми улицами, ухоженными парками и разноцветными цветущими клумбами. Здесь тоже было очень жарко, но воздух был сухим и не ложился липкой лентой на разгоряченную солнцем кожу.
– Юльчик, мне сейчас нужны две вещи – ванная и крепкий сон в горизонтальном положении! – Лера с радостью обняла свою подругу. Автобус домой был завтра утром, поэтому оставалось время на общение и отдых. На следующий день отдохнувшая и выспавшаяся Лера ехала по донецким степям мимо шахтерских поселков и терриконов в комфортном новом автобусе с кондиционером. Трава давно была высушена палящим солнцем, дороги петляли по монотонной пустынной местности. Постепенно степи начали сменяться лесами и дубовыми рощами, и уже чувствовалось, что дом становится все ближе и ближе. Небо было пронзительно ярким, каким бывает только в преддверии осени, и сквозь жару чувствовалось дыхание сентября. Лера снова возвращалась в режим ожидания. Ожидания звонков и встречи. И на этот раз даже дорога не могла отвлечь ее от мыслей и вновь накатывающего ощущения потерянности и пустоты. Наверное, Валери была в чем-то права – ее зацикленность на собственных чувствах действительно шла из детства. Но Лера не могла понять, откуда появилось это ощущение внутреннего одиночества, которое она пыталась компенсировать стихами. И когда в ее жизни появился Артем, ей показалось, что скрытая от мира пустота сердца заполняется чем-то живым, теплым и настоящим. И хотелось жить этим чувством, забывая обо всем остальном. А теперь, когда она понимала, что по каким-то не зависящим от нее причинам этот огонь может погаснуть, она не представляла, как жить дальше… Она пока еще не умела этого делать.
Еще одна, омытая слезами,
Уходит ночь, мои тревожны сны.
А время вновь глумится над мечтами
И обрывает дуновение весны.
Хочу понять, что с нами происходит,
И кто крадет души моей тепло.
А осень вновь границы переходит,
И вместо сердца – битое стекло.
Я не хочу терять тебя еще раз,
Я не хочу душой окаменеть.
Я верю, что ты рядом будешь скоро,
И нужно только очень захотеть.
17.08.2000
Где ты, мое синеглазое счастье? Мне кажется, что твоего голоса я не слышала уже целую вечность… Близится день нашей встречи. Я уже даже не могу в это поверить, я не переживу, если что-то снова помешает нам увидеть друг друга. Я так хочу быть с тобой…
Я тебя нарисую дождем
На оконном стекле запотевшем,
От судьбы подаяний не ждем,
Мы вернемся к листве облетевшей.
Мы вернемся к хрустальным ветвям
На ладонях уснувшего леса,
Научившись перечить годам,
Упадет расстояний завеса.
И на темном спокойствии рек
Будут плавать кленовые листья.
Наше время длиннее, чем век,
Наш мятежный рассвет станет чистым…
Лера подошла к окну и нарисовала на влажном стекле маленькое сердечко, которое сразу же решительно стерла ладонью. Нужно взять себя в руки и как-то прожить эти оставшиеся две недели до начала учебного года. Тогда хотя бы можно будет загрузить голову новыми предметами, отвлечься на студенческую жизнь, а не сидеть целыми днями дома в напрасном ожидании звонка. Это ожидание и неизвестность медленно убивали ее.
27.08.2000