Так случилось, что у Ромма было два курса: первый курс - мы, и второй, на пять лет старше, выпускной, где учились Вася Шукшин и Андрей Тарковский... Если перечислять всех, наберется добрая половина знаменитых советских режиссеров.
Вот поразительная штука: у Герасимова всегда были потрясающие актеры (у других мастеров тоже есть прекрасные артисты, но если у тех они как вспышка, то у Герасимова каждый - величина, вспомните хотя бы "Молодую гвардию"), а у Ромма - режиссеры. Для меня по сей день загадка: как, каким образом с одного маленького вгиковского курса учителем Михаилом Ильичом Роммом были выпущены в мир две такие непохожие друг на друга художественные величины: Василий Шукшин и Андрей Тарковский? Чудо! Это какое же надо иметь умение, чтобы из студентов вышли такие колоссальные фигуры! Это только мастер может углядеть.
Разные они по многим параметрам: Вася - алтайский парень, пришел из армии, талантлив безмерно. Андрей тоже очень талантливый, но он из совершенно другой, рафинированной, я бы сказал, среды. Отец Андрея - Арсений Тарковский - замечательный поэт. Рассказывают, что, когда Андрей снимал "Иваново детство", именно отец "подарил" ему березовую рощу: "Андрюша, - сказал он, - я знаю, где есть божественной красоты роща!.."
С Васей Шукшиным мы в общежитии жили на одном этаже, на пятом, только он с китайцами, а мы сами по себе. Вася был очень и очень добрый. Когда во время съемок картины на Азовском море я заболел и попал в больницу, он, будучи в это время по каким-то своим делам в Ялте, навещал меня с Виталькой Каневским. Очень простой был и очень свойский человек.
Вообще, когда меня спрашивают о режиссерах, я стараюсь не обсуждать их картины - каждому свое, и обсуждению это не подлежит. Наверное, дискутировать можно только о взятой в отдельности картине, не сравнивая ее при этом ни с чем.
Забавно было раньше: между съемочными группами устраивались соцсоревнования. По каким показателям можно соревноваться?! Кто быстрее снимет картину? Определить, кто лучше, невозможно - разные все. И коль все разные, как лица, глаза или ушные раковины, то принцип соревновательности здесь априори не срабатывает.
Ромм был великий учитель. Ну, такие все непохожие его ученики! Луг цветущий: и Чухрай, и Басов... Многие считали себя роммовцами, хотя и не учились на курсе у Михал Ильича. Это как знак качества. Я не знаю, какой я режиссер, но о том, что учился у Ромма, я говорю обязательно.
"Устные рассказы" Ромма
Глава "Об учителях".
Когда у человека что-то получается в таком искусстве, как театр или кинематограф (он так проходит, скажем, благополучно свою жизнь), это всегда вопрос какой-то случайности, непременно. Множество самых странных обстоятельств в конце концов толкают человека туда или сюда. Если, скажем, не был бы Пушкин лицеистом, то я не уверен, что он был бы и Пушкиным. В лицее такие люди, как Кюхельбекер, Дельвиг - случайные школьные товарищи, кое-кто из учителей в лицее, вся атмосфера, то, что это было в Петербурге, создало Пушкина, ведь правда?
Скажем, если бы не встретился Шаляпин с Горьким, а потом со своим усатым учителем в Баку, что ли, он был бы Шаляпиным? Нет, не был бы Шаляпиным.
Конечно, это такие исключительные личности, которые появились благодаря каким-то встречам, каким-то необыкновенно удачным, ну, что ли, обстоятельствам жизни. К этому относится знакомство с людьми, в первую очередь. С кем человек повелся с детства, кто его учил с самого начала, кто ему помог увидеть себя, понять себя, какой то свой путь найти, какую-то свою дорогу.
Я сейчас говорю о таких очень великих людях, как Шаляпин или Пушкин. Но это относится почти к каждому, скажем, из кинорежиссеров, особенно если вы возьмете театральных или кинематографических актеров или режиссеров. Большей частью жизненные обстоятельства и какая-то удачная среда, в которую попадает человек, удачные встречи, иногда просто знакомство удачное формируют человека.
Часто бывает так: вот собирается мастерская - мастерская пятнадцать человек студентов, из которых выходят режиссеры или актеры. И хороший педагог всегда знает, опытный педагог, что, если в этой мастерской соберется два-три очень талантливых человека, ярких, талантливых человека, мастерская в порядке. По существу говоря, он может сам и не учить. Они сами будут друг друга учить, они сами будут учиться. Группа сильных ребят, которые формируют направление мастерской, ее запал, так сказать, систему мышления. Тогда в мастерской весь уровень необыкновенно повышается.
Один же человек никогда мастерскую не сделает, как правило. Он получается маленьким чудом, исключительно одаренной личностью. А потом эта исключительно одаренная личность, она обычно притухает. Я знал такие мастерские, из которых ни одного режиссера не вышло, просто ни одного. И наоборот, есть мастерские, из которых вышло поразительно много режиссеров, очень много, чуть ли не половина работают и больше.
