Наконец он вдавил педаль тормоза в пол — резкий свист тормозных колодок оглушил их обоих. Автомобиль мгновенно потерял скорость и свернул на грунтовую дорогу, они подъехали к шлагбауму. Он поднялся, и они проехали в «Призрачный маяк». Подъехали к дому и остановились. Справа от них вдали стоял «ауди», за рулём дремал Владимир Субботин, а Александра во всей боевой готовности была начеку. Она была в чёрных джинсах и сером свитере, на поясе у неё висел охотничий нож с твёрдой дубовой рукоятью в чёрной кожаной кобуре, слева в коричневой кобуре висел обрез, поверх свитера была надета серая куртка, карманы были забиты помповыми патронами от обреза. Она хотела выйти и застать их прямо сейчас врасплох, но решила подождать, что будет дальше. Володя открыл ворота и, сев за руль, въехал на свой участок. Затем они вдвоём вытащили тело Натальи без сознания и один — за руки, другой — за ноги потащили его в подвал. Пройдя по подвалу, они её кинули в клетку и закрыли её. Дарья спала, а Мария наблюдала за тем, как они уходят. Прикрыв дверь, они вышли из подвала.
— Думаю, магазины открыты, нужно купить что-то пожрать кошкам моим и выпить взять.
— Давай побыстрее, выпить охота, — добавил Иван.
Володя, сев за руль и выехав задним ходом, развернулся и поехал в сторону города. Иван закрыл створки ворот и отправился в дом. На улице из автомобиля вышла Александра, подошла (она не стала будить Владимира, потому что сама справлялась с ситуацией) к двери и постучала в дверь, достав обрез и держа его на изготовку. Ответа не последовало, она постучала ещё раз посильнее.
— Кто там? — выйдя на улицу, спросил Иван.
— Это соседка напротив, слушай, не хватает на бутылку, нет у тебя мелочи? — пьяным голосом сказала Александра.
Ему стало любопытно, какая соседка. Он открыл дверь и в следующий момент пожалел об этом. Дуло обреза упёрлось в него, он почувствовал два металлических отверстия у себя на лбу. Его взял озноб, и зрачки расширились.
— Привет, ковбой, я на свидание собралась! — съязвила она.
Он опешил и не знал, что ответить, потому что если бы он что-то ответил с долей юмора, то она нажала бы на спуск и его голова разлетелась бы, как упавшая на асфальт с высоты тыква.
— Давай медленно мы пройдём к тебе в гости, — толкая его в грудь, сообщила она.
Он стоял как памятник, не мог сделать шаг.
— Я к тебе обращаюсь! Что застыл, как забетонированный? — повысила она голос.
Он резко схватился за дуло и убрал его в сторону, Александра нажала на изогнутый спусковой крючок. С грохотом раздался выстрел, разрезав могильную тишину. Его уши заложило — точно он был в салоне авиалайнера и тот набирал скорость, чтобы оторваться от взлётной полосы. Затем Иван ударил ей кулаком в лицо — костяшки пальцев угодили в скулу.
— Пошла к дьяволу, ведьма.
Она размахнулась и лбом вмазала ему в нос. Раздался едва слышный хруст. Из его переносицы начал бить фонтан крови. Он приложил две ладони к носу. Из глаз брызнули слёзы.
— Ты сломала мой нос, сука, — выругался он.
Она упёрла дуло обреза в его затылок.
— Если ты не заткнёшься, — повысила она тон, — то я прострелю твою башку.
Иван, скуля, продвигался в зал, придерживая нос, из которого лилась кровь. Она размахнулась и рукоятью обреза врезала ему в затылок. Он покачнулся и упал на живот. Она открыла шкаф в прихожей, там висела в основном верхняя одежда. Выйдя на кухню, она начала шарить по шкафчикам кухонного гарнитура. В одном из шкафчиков она обнаружила скотч. Она взяла его, зашла в зал и, приподняв, схватила его руками через подмышки, усадила на стул и начала обматывать ему сзади руки, приматывая их и самого Ивана за живот к стулу. Вышла на улицу и в ведро набрала воды.
— Просыпайся, поговорим, — плеснув ему в лицо из ведра, сказала она.
Он очнулся, тяжело дыша. Его взгляд парализовал страх, он смотрел куда-то в пол. Отчётливо слышал тяжёлые удары собственного сердца. Затем он поднял взгляд.
— Где эти девчонки? — вытащив из заднего кармана фото и показав ему, спросила она.
— Не понимаю, о чём ты, — заявил он, затем он натянул нахальную ухмылку и добавил с нотками сарказма: — У меня амнезия.
Она ушла на кухню и взяла там молоток для отбивки мяса. Улыбка мгновенно исчезла с его лица, как только он увидел у неё в руке молоток.
— Сейчас я буду делать отбивные из твоих ног или рук, я пока не решила! — съязвила она. — Думаю, это восстановит твою память.
Она присела к его ногам, сдёрнула тапочки с его ног и вонючие носки.
— Стой, не делай мне больно, — завопил он. — Мне нужны мои ноги.
— Сейчас из твоих ног, я думаю, получатся хорошие отбивные.
Она размахнулась молотком со всей силы и резко ударила по его пальцам на правой стопе.
— А-ай! — закричал он. — Что ты творишь, ненормальная?!
— А, это, значит, я ненормальная, а как насиловать и убивать детей, так это нормально? — огрызнулась она.
Снова присев на корточки, она левой рукой схватила его вторую ногу и с размаха ударила по стопе.
— А-ай! — снова закричал он.
Боль была невыносимой — точно в ногу втыкали скальпели без анестезии. Также боль отдавалась в голове, в затылке.