— Пошла к чёрту, ты с демоном заодно, тебя нужно сжечь! — с выступившей слюной и в нервном возбуждении рявкнула она, как бульдог.
— Александра, остановитесь! — кричал Владимир Коноплёв.
Он бежал по длинному коридору, рядом с ним почти догонял его вприпрыжку Иван Кононенко. Она не обратила на них внимания и всё ещё была возбуждена, отдышка уже прошла. Демон сел на её плечо и вцепился острыми зубами в её щёку, прокусывая насквозь её плоть.
— А-ай! — закричала она.
Она принялась бить его по лысой голове. Все остальные, наблюдая за ней, смотрели и видели, как она машет руками по воздуху. Наконец она, как ей виделось, скинула демона на пол. С оскаленным ртом и разочарованным взглядом он зашипел на неё — так шипит кобра, если упустит добычу, и заявил басом:
— Я разорву тебя на части!
Она развернулась и побежала прямо по коридору в уборную. Забежала в туалет и, прикрыв дверь, защёлкнула её на шпингалет. Внутри были кабинки, в правом углу стоял шкаф, на нём большими буквами было написано: «КАБИНКА ДЛЯ УБОРКИ САНУЗЛОВ. БЕЗ РАЗРЕШЕНИЯ НЕ ОТКРЫВАТЬ».
В дверь постучали.
— Открой дверь. Это главврач.
— Я не открою, там чудовище, которое хочет меня убить.
— Я уничтожил летучую тварь, открой мне дверь, мы пойдём в палату. Если не хочешь в палату, пойдём на улицу, пойдём куда захочешь, — начал он уговаривать пациентку как психолог.
Она проигнорировала его слова. Потянула створки шкафа на себя и обнаружила там швабру, совок, веник, несколько бутылок с моющими средствами для мытья окон и трудновыводимых пятен. И нашла небольшой стеклянный флакон, на нём была оранжевая этикетка, нарисовано пламя с перечёркивающей чертой и большими буквами написано: «Ацетон».
— На улицу, говоришь, — подала она голос. — В другой раз.
Она намотала половую тряпку на швабру, открыла флакон с легковоспламеняющейся жидкостью и начала лить её на тряпку. В нос ударил резкий химический запах, она прослезилась.
— Что ты там делаешь? Открой дверь, — за дверью послышался голос Ивана Кононенко.
— Сейчас, только убью чудовище, — выдохнула она.
Затем она чиркнула зажигалкой и поднесла её к тряпке. Смесь на тряпке мгновенно вспыхнула, танцуя ярко-оранжевыми языками пламени. После она отщёлкнула шпингалет.
— Где этот чёртов монстр? — выставив горящий факел вперёд, закричала она.
Увидев горящую швабру, все начали сторониться. Она остановилась и глядела на них своим взором. Едкий дым от огня начал распространяться, заполняя коридор клиники, пациенты и врачи начали кашлять.
— Брось швабру, — приказал Владимир Коноплёв.
Иван Кононенко побежал в другой конец коридора к пожарному щитку. Он сорвал огнетушитель, на ходу отрывая у него кольцо, готовя его к действию. Демон летел прямо на неё с открытой клыкастой пастью. Она взмахнула из-за спины шваброй и нанесла удар, демон, взмахнув крыльями, поднялся вверх, и огненная швабра-факел рассекла спёртый, наполненный едким дымом воздух, царивший внутри. Затем она побежала по коридору, размахивая из стороны в сторону горящей шваброй.
— Я убью тебя, кем бы ты ни был! — кричала она.
Демон залетел в пустую общую палату, где стояло двенадцать коек в шахматном порядке, и присел на одну койку. Она нанесла удар с размаха, затем ещё один. Оторвавшаяся от тряпки огненная ткань летела, как горящий ярко-жёлтый язычок пламени. Огонь обхватил койки, облизывая их, и те начали гореть. Объятый пламенем пол тоже загорелся.
Едкий дым, точно туман, окутал комнату. Она уронила швабру на пол и, согнувшись в три погибели, начала кашлять. Когда в палату вбежал с огнетушителем в руках Владимир Коноплёв и увидел, что каждая кровать горит ярко-оранжевым пламенем, как пионерский костёр, он начал быстро всё заливать порошковой пеной из огнетушителя и кашлял от едкого, поразившего его лёгкие дыма. К нему присоединился Иван Кононенко, который начал пылить из второго огнетушителя. Спустя пять минут пожар был побеждён. После два санитара вытащили едва не задохнувшуюся Александру из палаты, наполненной дымом.
— Так, в процедурный кабинет её, — строго заявил Владимир.
Двое санитаров занесли Александру в расслабленном состоянии, точно она была пьяна, в кабинет.
— Двойную дозу успокоительного, — скомандовал Коноплёв.
Следом в кабинет вошла Анастасия и приготовила шприц с иглой, вскрыла ампулу, отодвинув поршень, набрала лекарство и вколола Александре.