— Ты знаешь, у меня такая пациентка тоже впервые. У неё прослеживается синдром Кандинского — Клерамбо, но вот что характерно: ещё присутствует мания преследования и поведение очень резко меняется, — тяжело вздохнул Владимир, тыльной стороной ладони смахнув скопившиеся гроздья пота на лбу.
— Ну, может, в неё вселилась какая-то невидимая сила, может демон, или тут пахнет паранормальным явлением?
Губы главного врача растянулись в улыбке, он засмеялся.
— Ну, давай вызовем экстрасенсов, священников и будем изгонять демона или дьявола, — решил подыграть он. — Ты пересмотрел голливудских ужастиков про экзорцизм, всё это только в кино, а у нас реальная жизнь, и мы находимся в психиатрической клинике, поэтому не нужно терять разум, а телевизор — это дьявольское устройство, которое засоряет мозг всем людям всякой ерундой.
— Но ведь некоторые учёные, философы и психологи сами лично сталкивались, и научно доказано, что были реальные случаи изгнания сверхъестественных существ из человека, — напомнил Иван.
Главврач встал, налил себе воды, выпил стакан одним глотком, смял стакан и выкинул в рядом стоящую урну.
— Мы живём в двадцать первом веке, и поистине, человеческий мозг, несмотря на то что есть МРТ, КТ, ЭЭГ, одна из уникальных и до конца не изученных жизненно важных систем. Кто-то быстро схватывает на лету, кто-то долго думает и соображает очень долго. Например, у психопатов и серийных убийц мозг очень болен и расшатан, но они об этом не думают. У психических и неуравновешенных пациентов он непредсказуем, и ты не знаешь, как он себя поведёт, и если рассматривать это с научной точки зрения, то было очень много выдающихся представителей цивилизации, учёных, философов, творцов, знаменитых доцентов, изучающих человеческий разум, но как и у монеты есть две стороны, у палки два конца, жизнь есть свободная, есть тюремная, так и у человеческого мозга или разума есть и обратная сторона — сила безумия.
Иван внимательно его слушал, и ему казалось, что у них не диалог, не обычное интервью и не обсуждение пациентки, а что он находится в медицинском институте на лекции.
Главный врач продолжал:
— Эта сила очень страшная и непредсказуемая, всепоглощающая, она может закрутить в воронку событий, подтолкнуть кого угодно на уголовное преступление, убийство из самозащиты, убийство в гневном состоянии, границы порой у неё отсутствуют, какие только безумные и бредовые идеи не происходят с сознанием человека, случайно запутавшегося в паутине собственного разума. Этот разум как лабиринт и для нормального человека, а уж нашему пациенту точно очень тяжело выбраться из него.
В правом крыле, где находилась операционная, спала Александра Вельможина. Она находилась в отдельной палате, палата сияла чистотой, на стенах — белые обои с рисунками цветов. Справа были расположены два пластиковых окна, слева находилась дверь и около двери в углу — видеокамера. Капельница была воткнута в вену пациентки на правой руке, а на рядом стоящей тумбе, сбитой из кедровых досок, располагался следящий за жизненно важными показателями монитор. По экрану ползла изгибистая линия-змея, повествующая, что пульс больной стабилен. Яркие лучи дневного света через окно ослепляли комнату сиянием и, падая на глаза пациентки, ослепляли её. Она приоткрыла глаза, придя в сознание. Перед её расплывчатым взором предстал подвесной потолок. Она посмотрела по сторонам, в палате никого не было, лишь только до её ушей доносились шаркающие шаги в коридоре. Она широко открыла рот и жадно вдохнула царивший в маленькой палате спёртый воздух. Затем, когда выдохнула, тупая боль кольнула булавкой её в затылке, где-то глубоко внутри черепной коробки. Тук-тук, тук-тук — её гулко колотящееся сердце стучало в груди о рёбра, толчки также отдавались в горле и ушных перепонках — точно стучали колёса скорого экспресса. Она закрыла глаза, затем снова их открыла, они болели, будто в капилляры, которые находились в сетчатке зрачка, что-то вкололи, и казалось, что от невыносимой дьявольской боли глазные яблоки вот-вот вылезут наружу. Она поморгала глазами и начала отчётливо видеть потолок. Вдруг он начал видоизменяться, его пересекали стального цвета линии, затем он начал покрываться серой тканью. Она повернула голову вправо и увидела, что и палата начала меняться. Женщина повернула голову влево и от удивления вытаращила глаза.