Корзинку Кэлен нашла — в духовке. Потрясенно задумалась — когда и зачем она её туда сунула, а? Никаких версий в голову не пришло, и Кэлен, обозвав себя «просто чудесной хозяюшкой», мимолетно мысленно спросив, сколько ж времени она эту плиту не включала, отмахнулась и с корзиной в руках снова заметалась по квартирке — теперь уже в поиске старого и очень теплого шарфа — для подстилки…
— Пальто и сапоги для экспертизы не забудь, — напомнила Мэйсон — заботливая же, ну! — когда Кэлен сунула ей в руки корзинку и потянулась за своей курткой. Кэлен чертыхнулась, унеслась вглубь квартиры. Перед шкафом, в котором у нее вперемешку висели платья — летние, зимние, легкий плащ и то самое кашемировое пальто цвета пломбира, заботливо «одетое» в специальный «дышащий» чехол, она помедлила. На мгновение сердце стиснул ледяными пальцами страх, нет, даже ужас: а вдруг, все же, маньяк не просто следил за ней, Кэлен, не просто подражал ей, но и проник в её квартирку, побывал здесь. Вдруг во время встреч с девочками на нем и в самом деле были её пальто, её сапоги? Кэлен с замиранием сердца открыла дверцы… выдохнула облегченно: любимое пальто никуда не делось, висело себе, облаченное в чехол. И сапоги — мягкая кожа, вкусное кремовое сияние, не сапоги — мечта, просто мечта же, ну! — стояли тут же, под ним...
— Кстати, а куда едем-то? — спохватилась Кэлен уже в машине. Мэйсон без споров и возражений пустила её за руль — и Кэлен подозревала, что причиной этакой безропотности была плетеная корзинка с найденышем, свернувшимся клубочком на теплом старом шарфе внутри. Корзинку Мэйсон устроила у себя на коленях, бережно придерживала руками. И внимания ей уделяла куда как больше, чем напарнице. Даже на вопрос ответила не сразу, через паузу, во время которой — Кэлен, покосившись, глазам своим не поверила — заботливо укрывала щенка краешком шарфа:
— Угол Вестморланд и Десятой.
— Тот дом?
— Да.
Настроение у Кэлен испортилось мгновенно — даже возня Мэйсон со щенком перестала забавлять. И снова поползли к сердцу стылые пальцы страха, а в животе вдруг разверзлась бездна — и разинула черную пасть, явно ожидая, когда холодные пальцы доберутся до замершего в ужасе сердца и сбросят его туда, в ледяную пустоту. И что-то сдавило грудь, мешая дыханию… Кэлен вцепилась в руль так, что побелела кожа на костяшках пальцев, стиснула зубы. Черт побери, да что с ней такое, а?
— Что с тобой, Амнелл? — словно эхом её мыслей прозвучал голос Мэйсон. — Ты побледнела. Боишься?
— Бред, — фыркнула Кэлен. Вот же чертова Мэйсон, все-то она замечает, внимательная же, ну! Только она ошибается. Ничего Кэлен не боится! Она, Кэлен, это даже озвучила, правда, отчего-то дрогнувшим голосом: — Ничего я не боюсь!
Мэйсон еще попялилась пристально пару секунд, пожала плечами и, хмыкнув, опустила взгляд в корзинку со щенком. А Кэлен — вот ведь странность, а! — полегчало. Настолько, что она смогла признаться самой себе: да, испугалась. Оттого, что вдруг почувствовала себя беспомощной перед этим заброшенным домом. Ведь точно, совершенно точно, он играет во всем этом важную роль. С ним, с этим домом, связана какая-то тайна. Страшная загадка, которую у них с Мэйсон пока не получилось разгадать. Дом не дается. Не раскрывает свои секреты. И в этом будто бы обретает власть над ними…
Бред! Поворачивая на Вестгленвуд авеню, Кэлен раздраженно тряхнула головой. Бред же, ну! Что на неё нашло, в самом деле? Какая власть? Они, черт побери, не в романе мистера Стивена Кинга, чтобы одушевлять дома и наделять их властью. Дом как дом. Заброшенный, разрушающийся. Ставший местом жуткого преступления — очевидно, и не одного. И — местом, где раньше, намного раньше, случилось что-то, сейчас получившее продолжение. Отвратительное, мерзкое, страшное продолжение — но и только! Какого ж дьявола тогда Кэлен Амнелл, детектив убойного отдела с — на минуточку! — десятилетним стажем, вдруг затряслась перед этим домом? Категорический бред! Кэлен фыркнула. Мэйсон, покосившись на нее, хмыкнула и… неожиданно улыбнулась. Правда, Кэлен не поняла, кому именно улыбнулась её напарница – ей, Кэлен, или белому пушистому комочку в корзинке. Задумалась на мгновение и решила принять эту улыбку на свой счет.
Красно-синие всполохи, разрезающие рассветный сизый туман. Желтая лента, обозначившая периметр. Юный паренек, совсем мальчишка, зябко нахохлившийся в громоздкой форменной куртке. Пара копов постарше, мрачно курящих в сторонке… Привычная — как бы цинично это не звучало, но за десятилетие службы Кэлен Амнелл действительно привыкла к местам преступления — до будничности обстановка успокоила окончательно. Так что выбравшись из машины, поежившись от утренней сырости, Кэлен даже подмигнула едва знакомому мальчишке-полицейскому, изрядно его этим подбодрив, усмехнулась над тревожащейся за Снежку Мэйсон — такая, оказывается, мамочка, эта чертова Мэйсон, надо же, а! — заставив её сердито запыхтеть, улыбнулась бледному небу, которое на улыбку, конечно же, никак не отреагировало — ну, да Кэлен этого и не ждала.
