'Не злюсь, маленькая. Все хорошо, но его там нет. Я трижды смотрел. Может, ты забыла, как перекладывала его в другое место? Астрид, постарайся вспомнить, это очень важно'. - 'Джей, вчера ночью он был там, уверяю тебя. Я отлично помню, как после вашего с Киви ухода брала его оттуда, а затем клала обратно'.
— Проклятье! — эмоционально воскликнул я, не понимая смысла очередной игры Леандра. Зачем ему просить то, что он забрал самостоятельно? И какого черта он делал в спальне моей девочки?!
'Ладно, не бери в голову. Я просто искал, чем бы занять время. Не обидишься на небольшой беспорядок в комнате? Обещаю вечером помочь с уборкой'.
Перешагивая через беспорядочно разбросанные по полу вещи, я почти бегом спустился по лестнице и вылетел наружу через двери черного хода. Под черепной коробкой жужжал целый рой панических мыслей, каждая следующая из которых выглядела страшнее своей предшественницы.
Не понимая и сотой доли происходящего, я зачем-то вернулся к себе домой, кинулся к сейфу и выудил из недр несгораемого монстра почти идентичную тетрадь в дорогом кожаном переплете цвета молочного шоколада, опоясанную изящной красной ленточкой. Таких безделиц у меня пять и все они написаны на немецком языке. Айрис с детства была графоманкой и с воодушевлением описывала почти каждый прожитый день. Не рассталась она с этой привычкой и при переезде в Штаты, используя дневник как практику в изучении английского языка. Помнится, я не раз слышал от нее жалобы по поводу того, что трудно излагать свои мысли, пользуясь неродным наречием, в то время, как она продолжает думать по-немецки. Именно поэтому я подложил Астрид последние записи своей возлюбленной, мне хотелось, чтобы она разобралась во всей истории прежде, чем сыграет для меня роль приманки. Господи, как же давно это было!
К часу дня я, после обстоятельной встречи с людьми Брайана, на которой были утрясены все формальности относительно графика работы телохранителей, вновь вернулся к школе. Припарковавшись почти у самых ворот, я продолжил прокручивать в голове идиотский план, основанный на блефе. Казалось правильным вручить негодяю требуемое, а после проследить за его реакцией. Если он и впрямь украл дневник, тогда безмерно удивится при виде аналога, о существовании которого, должно быть, и не догадывается. А если этого не произойдет…
По стеклу забарабанили костяшки пальцев славного кровного врага. Я, не испытывая ни малейшего желания вести диалоги, вылез из машины и протянул книжицу довольному моей покорностью Лео.
Он с вожделением сжал ладони на плоском предмете, трепетно поддел указательным пальцем ленту, ловко развязывая тугой узел, а после облегченно выдохнул, узрев знакомый округлый почерк с неправильным наклоном букв.
— Придется освежить знания немецкого, — отсыпал вампир нервным комментарием, при этом вдребезги разбивая мои ожидания. Богом могу поклясться, он не знал! Не увидел никакой разницы между тем дневником, что хранился до сегодняшнего дня у Астрид, и тем, что держал сейчас в руках. — На твою помощь глупо рассчитывать, да?
— Верно мыслишь, — хрипло признал я, изнывая от желания завопить во всю глотку словно повисший в воздухе вопрос: 'Что, дьявол вездесущий, вокруг происходит?'. — Не смей больше угрожать Астрид.
— Я же сказал, она мне не нужна, — неодобрительно покосился на меня Леандр. — И в память о нашей дружбе даже готов попросить у нее прощение. Просто ты и понятия не имеешь, как я разозлился, получив ту голову с предупреждением. Никогда больше не испытывай мое терпение, старина. Я нервный.
— Что? Что ты сказал? — безотчетно перешел я на истошный крик, сцепляя кулаки на вороте его рубашки.
Д`Авалось ловко избавился от моей хватки и толкнул меня к машине, упираясь при этом ладонью в грудь.
— Достаточно уже, Верджил, — багровея от гнева, прошипел он. — Тебя не учили уважать старших? Судя по всему, нет. Тогда прими к сведению один умный совет: перестань лезть на рожон и получай удовольствие от жизни, мать твою! Я не трогаю тебя, а ты в свою очередь дышишь в другую сторону. Усек?
— Джей? Джей! Что…а ты что здесь делаешь, урод? — я с ужасом обернулся на знакомый голос и вперился молящим о послушании взглядом в отделившуюся от общей массы хлынувших через ворота учащихся худенькую фигурку Астрид.
— Добрый день, юная леди, — с почтением поздоровался Лео, отходя от меня на шаг назад. — Мы как раз обсуждали с твоим парнем необходимость моих глубочайших извинений за все случившееся. Я, правда, сожалею, что вышел тогда из себя. И хочу как-то загладить свою вину, — на последнем слове он попытался схватить недоуменно застывшую прямо перед собой девочку за руку, но, услышав мое предупреждающее рычание, отказался от сомнительной затеи. — Скажем, исполнение любого твоего желания. Ну же, барышня, я никому не делаю столь лестных предложений! Чего изволите?
— Никогда больше тебя не встречать! — запальчиво воскликнула малышка, отпихивая от себя излучающего радость парня и направляясь ко мне.
