В общем, словами выразить свое отношение к ситуации в целом и затравлено опустившему голову ангелочку мне не удалось. В который раз. Я ни в чем не винил ее, а за стремительно пронесшуюся ночь собирался благодарить, стоя на коленях. Потому что никогда, ни с одной женщиной я не испытывал ничего подобного. Никому не старался угодить утром, не носился по квартире на реактивной тяге, изнывая от тотального безделья, не ломал голову над тем, каким именно образом хочу удивить и порадовать, не простаивал часами у плиты, штудируя поваренную книгу, точно Библию. Меня распирали изнутри эмоции, коим не терпелось вырваться на поверхность. И я затеял эту поездку в Зальцбург, позабыв о сезоне охоты, переоборудовал комнату 'завтрака' под мастерскую, трижды махнув рукой на потребности организма, выстроил в сознании вереницу планов на будущее, пообещал себе, что терпеливо дождусь момента окончания высшей школы дизайнеров и лишь затем навяжусь в спутники жизни, как вдруг чуть было не потерял смысл своего существования. Я заигрался в любовь, и поплатился за это. Право на ошибку дается человеку от рождения, вампиры же не имеют ничего схожего. Если подле тебя смертный человек, просчитывай трудности на десять шахматных ходов вперед. Чем я, собственно, и вознамерился заняться.
Однако резкость в подборе выражений оказалась излишней. Оборачиваясь назад, я успел заметить проблеск растерянности в лице Астрид, сменившийся плохо выполненной улыбкой. Моментально стало неловко за свою грубость. Я уже приготовился замуровать дрянной характер в бетонную стену стыда и даже подобрал максимально искренний тон для произнесения короткого: 'Извини', когда в дверь постучали.
— Птенчики-воробышки, — язвительно замолотил бескостным языком Лео, — давайте-ка выматываться! Потом поворкуете, голубки бескрылые. Подвиги и теории вселенских заговоров ждут нас с адским нетерпением. Вам, может, и наплевать на всяких там охотников, а вот лично мне…
— …полезно заштопать рот шелковой нитью, — удрученно прервал я пафосный поток нелепостей, появляясь в дверном проеме. Судя по лихорадочному сиянию угольно-черных глаз, парень уже успел воплотить в жизнь свой садистский ритуал, оттого и пребывал в стадии повышенного душевного комфорта, чего я не мог сказать о себе. В затылок сопела обиженная девица, в машине поджидала полуживая спутница на следующий месяц-другой и с каждой из них мне придется разбираться в одиночку. Паршивый денек!
Воспевая жалостливую оду себе несчастному, я слепо нащупал сзади ладонь Астрид и стремительно зашагал к выходу. Обе продавщицы, подозрительно склонив растрепанные головы набок, сидели у кассы. По неопытности их можно было принять за спящих, если не заострять внимание на мертвенно-бледных щеках. Девушка, послушно идущая чуть позади меня, была чрезмерно увлечена своими мыслями, а посему не заметила, как у одной из служащих магазина съехала с туловища рука и, безвольно раскачиваясь, повисла вдоль ножки продавленного стула. Я зыркнул на Лео, вкладывая во взгляд все имеющееся внутри презрение, и на всякий случай прибавил скорость. Дернул же черт связаться с этим маньяком! Ведь чувствовал, что без глупых убийств не удастся обойтись.
В салоне внедорожника нас ожидал сотый по счету сюрприз из разряда неприятно-раздражающих. Неосмотрительно оставленная в сохранности барышня пришла в сознание, изумив нас лошадиной выносливостью организма. Подумать только! Потерять полтора литра крови, вдоволь 'накушаться' снотворного в слоновьей дозе и взирать на мир широко распахнутыми глазами! Ей богу, отличные показатели!
— Хай, пупсик! — ловко выбрался приятель из оков оцепенения, обмениваясь со мной через зеркало заднего вида недоверчивым взором. Я безразлично пожал плечами и ласково чмокнул макушку девочки, выбравшей отстраненно безучастную модель поведения. Верно говорят, язык мой — враг мой. Ладно, извинюсь как-нибудь позже, без ехидных свидетелей.
— Здрас-сти, — испуганно и в то же время заинтересовано вскрикнула молодая особа, взволнованно ощупывая липкими ладошками шею и плечи. — А кто вы? И…
— И что происходит? — услужливо подсказал Лео, с нескрываемым сарказмом поглядывая на мой будущий бизнес-ланч. — Начнем со знакомства. Я лорд Ратвен, сзади граф и графиня Орлок, но на них можешь не обращать внимание, они в английском ни в зуб ногой. Только по-румынски умеют балакать. А тебя как звать, куколка?
Я тихо прыснул в кулак и, сфокусировавшись на непонимающем лице Астрид, склонился ближе для некоторых пояснений.
— Лорд Ратвен — вымышленный персонаж Байрона, — едва слышно зашептал я, наслаждаясь тягостным ароматом густых локонов. — Вампир из цикла рассказов 'Соревнования в историях о призраках'. Граф Орлок — тоже не самый живой киногерой, персонаж фильма 'Носферату. Симфония ужаса'. А упоминание Румынии — прямая отсылка к творчеству Брэма Стокера и его Дракуле. Видимо, Лео решил проверить ее культурный багаж.
