— Э-э, ну в общем, я соврал, — разумно начал он каяться, так сказать, от печки, потирая огнем горящую щеку, с пропустившими на ней следами телесных экзекуций.
'Ничего, потерпишь', - мстительно подумалось мне.
— Насчет своего страха перед этим навозным жуком, — добавил юноша немного конкретики, опасливо приближаясь к умывальнику с целью поскорее избавиться от макияжа. Парик был безжалостно отправлен в мусорный ящик. — Может, я и боялся его раньше, но не сейчас. Да ты сама виновата, — набрав пригоршню теплой воды, он вдруг осмелел и напропалую принялся оправдываться. — Я сразу хотел поехать с тобой и положить конец этим запугиваниям. А ты в слезы, 'ой, не надо! Он же Джея убьет!' и тра-та-та по рельсам. Пришлось лицедействовать, кстати, крутой прикидон, правда?
— Да уж, ты у нас прямо мисс Очарование, — ехидно прищурилась я и протянула ему изрядный кусок бумажного полотенца. — И размер обуви, как у Золушки!
Лео заржал, глянув на свои неряшливые кроссовки с чумными шнурками, стянул с себя куртку и уже собрался приступить к другим деталям гардероба, когда заслышал мой возмущенный оклик, после чего скрылся в одной из кабинок.
— А с аварией глупо вышло, — продолжил он 'отмывать' свою насквозь гнилую сущность. — Мне бы в голову не пришло пугать тебя чем-то подобным. Думаю, это Мердок со своим шаманским бубном нахимичил что-то с тормозами. Я только сел за руль, немного разогнался, глядь, а в поворот-то малышка входить не желает! Вот мы с ней на перекрестке-то и влетели в грузовик. Я выпрыгнул в последний момент, правда, не слишком удачно, едва с головой не расстался. Ну потом сюда двинул, костюмчик себе приобрел, столик в кафе присмотрел и все такое. И зря ты на меня с кулаками накинулась, — напоследок укорил д`Авалос, чинно выплывая в предбанник из уединенной комнатки, теперь уже в божеском виде. Кроссовки, широкие джинсы с потертостями, незабвенные металлические цепи, тянущиеся от карманов к хлястикам для ремня, рубашка из искусственно смятой ткани и теплая куртка, небрежно распахнутая на груди. — Я тебе раз сто дозвониться пытался, только все время занято было.
Я вспомнила, как беспрерывно терзала кнопку вызова, силясь поделиться бедами то с Майнером, то с его другом, и под тяжестью груза вины понуро опустила вниз подбородок. Хотя…
— По рации в патрульной машине сказали, что оба водителя разбились насмерть, — прибегла я к весомому аргументу, с трудом припоминая столь недалекие события. Пожалуй, сегодняшний день войдет в историю под грифом насыщенности.
— Ага, и экологи про глобальное потепление языками молотят, — назидательно поднял он вверх указательный палец, демонстрируя-де, что верить всему, о чем говорят, нехорошо. — Пойдем, чудо в перьях. Старина Сев давненько не огребал по первое число, чую, соскучился дядька по неприятностям, ох, как истосковался!
Напевая под нос бодрый революционный марш, Лео подтянул меня за плечи к себе, аккуратно приобнял, позволив каждой клеточке тела утонуть в океане защищенности, и повел на парковку.
Наверное, где-то в глубине души я с религиозным тщанием надеялась, что Гудман ушел или же провалился сквозь землю, а может расстался с идеей обезобразить до неприличия скоп чужих судеб и отправился восвояси, однако внешне во мне чувствовалась лишь решимость. Без понятия, на что рассчитывал Лео, когда шествовал навстречу губительным разборкам, и откуда собирался черпать силу для ведения неравного поединка. Впрочем, его уверенность неясным образом передалась и мне, поэтому к назначенному месту мы подходили с одинаковыми улыбками уже признанных победителей.
Мужчина, доселе сдержанно дожидавшийся нашего появления у капота затянутого в брезент автомобиля, воинственно выправил спину и открыл рот для произнесения своих раздражающе витиеватых речей.
— Ты с годами становишься все более опрометчивым, сын…
— Заткнись! Заткнись, твою мать! — преждевременно вышел из себя парень, жестом заставляя меня остановиться у объемной колонны, с вырисованной на ней цифрой '212'. — Достала твоя демагогия, поперек горла чертова вежливость! Хочешь знать ее цену? Так я просвещу, притом с огромным удовольствием.
По моим наблюдениям разговор проходил в гораздо более мирных тонах, нежели действия. Я не успевала отличать одно молниеносное движение от другого и почти рассталась с мыслью дать объективную оценку всему происходящему. Лео двигался вперед резкими толчками, то увеличивая скорость, то снижая, кружил вокруг своего создателя и, по-моему, усердно лез на рожон. Северин, в свою очередь, в долгу не остался и раз или два пробовал отловить разошедшегося отпрыска за загривок. Благо, пока безрезультатно.
— Прекрати паясничать, щенок! — громогласным окриком сопроводил он свое ленивое старание по поимке пасынка. — Участь этой дерзкой девчонки предопределена. Просто отойди в сторону, и я пощажу тебя!
Я вжалась в бетонную конструкцию, узрев огромные ручищи, сомкнувшиеся вокруг горла глупенького мальчишки, и до боли прикусила губу, когда исполин без видимой натуги сумел оторвать свое создание от асфальта и поднял вверх.
