— Не, мне поможет только тот, кто сейчас в бане отсыпается, — проговорил я, садясь на задние кресла седана.
Руку я не чувствовал вообще, а голова начинала плыть. Боевая магия, магия, магия…
Меня ударили некрозом? Лечится ли? Миша сквозные головы вылечил, значит и это сможет.
Как бы то ни было, я мысленно направил навстречу больной руке свою силу, сформировав внутренний барьер между остальным телом и пораженной плотью.
— Патроны закончились, и главное в самый неудачный момент, — ворчал Николай, заводя машину.
— Они всегда заканчиваются когда так нужны. Коль меня бы побыстрей довезти, — поторопил я его.
— Долетим за час-полтора, в Москве пробок сейчас не должно быть, — произнёс он.
Как же хочется спать. Не иначе некроз притупляет сознание.
Когда мы покидали кладбище, медики уже выходили из своих карет, опасливо оглядывая округу. Оператор тоже смог побороть страх и уже ходил со своими штативами в поисках удачных кадров.
— Сергей? —появились в моей голове озвученные чужим голосом мысли.
Я вдруг оказался посреди зелёного болотного тумана. Предо мной стоял старый знакомый. Шпагин. Но выглядел он почему-то не короткостриженым секарем, а одетым в чёрную кожу длинноволосым байкером средних лет. Видение оказалось столь сильным, что я почувствовал и сырость, и запах болотной ряски. Вокруг капитана возвышались ели, уходящие под самые черные небеса лишённые звёзд и облаков.
— То что я рассказал, что вижу ментальщика ещё не значит, что мне можно в голову вот так запросто вламываться! — стиснув зубы ответил я, осознав, что и сам на самом деле оказался в этом странном измерении. Мой облик, кстати, остался без изменений.
— Я не дозвонился, — сухо ответил Шпагин, — Лучше бы вам не выключать телефон.
— Я на дуэли, — нахмурился я.
— Нет, не на дуэли. Теперь это официально теракт. Некромагия запрещена. Вся Москва уже на ушах стоит.
— Ну и что, что теракт? — спросил я его.
— Там погибли люди, прокурор выписал ордер на арест Лобочавского, и сейчас мы его возьмём. Конечно, скорее всего он переквалифицируется в свидетеля, а потом дело зависнет... — начал было он.
— Чего от меня-то нужно?
— Сергей, там где-то некромант. Судя по трансляции убит был всего лишь его лич, — донеслось от волосатого двойника Шпагина.
Всего лишь лич. Всего лишь убит. Как они вообще допустили что на территории Москвы появился некромаг, поднимающий личей?
— Судя по тому, что мне он сказал, я его не интересую. Он скорее всего ушёл.
— Вот об этом я бы поговорил бы отдельно, — заметил капитан.
— Я еду в бани сейчас, в те самые. А бегать по кладбищу и искать некроманта я не буду. Прошу прощения. Высылайте людей, оцепляйте кладбище… — рассуждал я, но Шпагин договорить не дал.
— Он уйдёт уже к этому времени!
— Если уже не ушёл. Ещё раз, я не ваш сотрудник, капитан. И не работаю в сыске. В этом так называемом теракте я - жертва, — продолжил я.
— Как аристократ — аристократа прошу. Надо этого гада взять, чтобы он других не сожрал.
— За всё хорошее против всего плохого? Это агитация? — удивился я.
— Не агитация. Завтра утром меня на планерке драть будут, как сидорову козу! — повысил тон Шпагин.
— Сочувствую. Будет желание поговорить, я буду в банях.
Всё-таки надо будет застелить своё сознание щитом Хаоса. Прошу прощения, капитан, героизм в мои интересы пока не входит. Тем более, что я ограничен в средствах. Видите ли, рука у меня осталась одна. Вторую пожирает некротическая магия, которую, судя по всему, обычным исцелением не снять. Если это сделал лич, то на что способен поднявший его маг?
Правой рукой я достал смартфон и включил его. Почти половина первого на часах, множество левых уведомлений: отчёты имперского банка о поступающих переводах с пометками “на лечебные мази”, откровенные фотографии от девушек с неизвестных мне номеров, пожелания сдохнуть с других неизвестных мне номеров.
Что, блин, вообще происходит?
Шпагин звонил мне 6 раз. Дозвонился, ага.
Девять пропущенных от Михаила. А вот тут неудобно получилось. Боевому товарищу отвечу. Набрав номер, я приложил телефон к уху.
— Серёга, ты какого Фигаро без меня на дуэль поехал?! На кладбище, блин!— закричал в тот же момент в трубку Миша.
— Так получилось, — неопределённо ответил я, — Слушай, меня некрозом некромагическим ранило, рука что-то побаливает. Так что я в баню к тебе еду.
— Я не там сейчас. Я на Домодедовское к тебе поехал, — быстро ответил мне друг.
— Даю тебе Колю, он сейчас меня везёт, условитесь. У меня голова что-то сама не своя, — произнёс я отдавая звонилку Николаю, — Коль, это крутой лекарь. Надо подобрать, где бы он ни был.
— Понял, начальник, — коротко ответил он мне, забирая телефон, — Слушаю?
Разговор Коли и Миши я уже не слышал, угасающим разумом неуклонно погружаясь в холодную отдающую гнилью тьму.
