Командир задумчиво потирал лоб. И без пояснений было понятно. "Танаэльв" был горно-саперным кораблем, а не истребителем. Большая группа "пауков" могла выдать достаточно плотный конус залпа, чтобы перекрыть ему возможные векторы уклонения раньше, чем "Танаэльв" — им.
— Готовь "сапсана", — со вздохом приказал он. — Пойдем десантом.
Алекс присвистнул. Где-то за внутренней обшивкой затарахтел сбоивший после маск-прожарок термостат, словно даже корабль хотел выразить командиру свои сомнения.
— Вальнут, — предупредил бортстрелок.
— Запустишь ракету по кратеру за десять секунд до моего входа в зону их досягаемости. Если все сделаем правильно — не успеют.
— Эй! — Алекс сощурился. — Дро, ты что же… сам собрался? А "сапсан" у нас на что?
— Не бойся, — слабая улыбка. — "Сапсан" — машинка дельная, но две мортиры — лучше, чем одна. После того, как накроешь кратер, мы пойдем второму "пауку" навстречу, а ты держи дырку с зонда. Если увидишь, что оттуда что-то вылезает по-крупному — выпускай вторую ракету. Как понял, лейтенант? Повторить!
Алекс угрюмо повторил приказ.
Пять минут спустя в "консерве" стало заметно теснее — инженерный скафандр усиленной защиты занимал немало места. Андрей загерметизировал швы и сочленения кирасы и шлема, защелкнул вокруг плеч и груди крепления навесной мортиры и прицепил на пояс пистолет-карабин.
— Порви их, — Алекс хлопнул брата по плечу.
— Порвем, Леха, — Андрей проскользнул в выступавший в кормовое пространство КЖМ шлюзовой цилиндр. Последовало короткое шлюзование, и пять минут спустя он выплыл наружу, навстречу усеянному звездами простору. Космос частично загораживал хищный силуэт "сапсана". Носовая часть боевого робота чем-то неуловимо напоминала обводы древних боевых вертолетов, кормовая растопырила конусы сопел.
Впереди по курсу затмевала звезды скалистая громада. "Сапсан" быстро сокращал расстояние, пригасив двигатель после разгона. Андрей оседлал горбатый корпус боевого робота, одна рука сжимает страховочную скобу, вторая — пистолет. "Танаэльв" исправно пересылал командиру данные о вражеской позиции, "сапсан" чуть пошевеливал стволом пулемета, отслеживая скрытого гребнем кратера противника.
По команде Андрея "сапсан" подрегулировал траекторию так, чтобы скала как можно дольше защищала его и человека от огня "пауков". По аудиоканалу доносилось ровное размеренное дыхание, и лишь учащенное сердцебиение выдавало волнение.
Свой залп "сапсан" дал с расстояния в пять километров. Одна из запущенных гранат обдала плечо скафандра выхлопом. На таком расстоянии они были малоэффективны — большая часть пластичного топлива выгорала до подлета к цели, на маневр уклонения почти ничего не оставалось, но вынуждали врага отвлекаться от десанта и тратить боекомплект. Секунду спустя от поверхности астероида отделилось четыре крохотных огонька.
Обе гранаты разошлись с вражескими ракетами. "Молекулы", космические родичи "тарелок", приближались с обманчивой неспешностью. "Сапсан" зашелся очередью, тряхнув Андрея, словно норовистый скакун. Два летящих навстречу шипастых шарика, похожих то на древнюю морскую мину, то на модель молекулы метана, исчезли в ярких зарницах. "Паук" внизу выстрелил, и одна из гранат обратилась мигающим желтым шариком подрыва.
Приказа не потребовалось — автоматика сработала четко. Полоса огня вырвалась из ракетного контейнера, отразилась в стекле шлема и нырнула за иззубренный гребень. Кажется, "паук" успел дать по ракете очередь и даже попал раз или два. Но инженерный заряд (даже экспедиционный шахтер-буксировщик с его огромными топливными баками не мог позволить себе роскошь принимать на борт лишнюю нецелевую массу) уже был нацелен точно на биомашину. Подрыв — и Андрей увидел, как облако призрачной пыли окутало гребень.
Тут же еще две гранаты вырвались из мортирного отсека "сапсана". Стартовали они на полной тяге, и Андрей ощутил тепло даже через перчатку. Схватка между гранатами и "молекулами" была слишком быстра для человеческого глаза. Череда молний — две гранаты, одна "молекула" — и пулемет "сапсана" изрыгает поток свинца, коррекционные отбойники плюются паром, вибрация отдалась в костях всадника.
Кажется, Андрей успел неприцельно и на чистых голых рефлексах, каким неразумным это действие бы ни было, выпустить две или три пули во вражескую ракету. Со всей очевидностью — промазав. Обжигающий и ослепляющий пучок коснулся золотого напыления, ослепив Андрея — и угас, когда крупнокалиберная пуля сбила "молекулу" с курса и оставила беспомощно кувыркаться в пространстве.
Зонд подтвердил уничтожение главной цели. Несколько крупных осколков навылет прошили "паука". Теперь Андрей мог видеть его собственными слезящимися от вспышки глазами — кувыркаясь, беспомощная биомашина медленно взмывала над астероидом по касательной к поверхности.
