Хаос расслабилась, и Соломон сделал так, как делал всегда - повернулся спиной к ее лицу. Это показало ей, что мужчина не заметил, как скользнул первый из бинтов, оборачиваясь вокруг его запястья. Хаос проделала это, когда неистово цеплялась за него, пока он пытался успокоить ее своими объятиями. Примерно час спустя, когда его дыхание углубилось, она осторожно переместила другую повязку, закручивая бинт вокруг его предплечья. Когда специальный узел был готов, Хаос быстро дернула изо всех сил, плотно стянув его руки за спиной.
Мгновенно проснувшись, он перевернулся на спину, и Хаос опустилась на колени рядом с ним, наблюдая за его борьбой.
- Что происходит? - ахнув от удивления, Соломон дернул связанными запястьями несколько раз и, сбитый с толку, осмотрелся по сторонам.
- Чем больше ты будешь двигаться, тем сильнее будут затягиваться узлы.
Тяжело дыша, он уставился на девушку, ее освещал призрачный свет, который лился из открытой ванной комнаты.
- Что... ты делаешь, Хаос?
Хотя его голос был низким и спокойным, она уловила дрожь беспокойства.
- Не волнуйся, я не причиню тебе вреда, - заверила Хаос.
Соломон хмыкнул, пытаясь встать с кровати, и Хаос поспешила оседлать его, быстро перекинув ногу через его талию.
- Для этого мне нужно, чтобы ты оставался на постели, - сказала она, прижимая его сильнее к кровати своим телом.
- Я сброшу тебя, Хаос, ты ведь не хочешь этого?! Клянусь, я буду бороться.
- А может, не стоит бороться со мной?
- Что ты делаешь?
- Демонстрирую тебе.
- Демонстрируешь мне что? - требовал Соломон.
- То, насколько я хороша в доставлении удовольствия.
Он покачал головой.
- Нет, - прошептал он. - Не делай этого, пожалуйста.
- Почему нет? - она действительно хотела знать ответ.
- Это неправильно.
- Ты считаешь меня красивой, ты заботишься обо мне. Думаю, это самое правильное, что когда-либо случалось со мной.
Соломона охватила паника, пока он сражался с инстинктивными реакциями своего тела, желая сбросить ее с себя. Он мог бы бороться, это не было проблемой, но могла ли Хаос заставить его причинить ей боль? На первом месте должна быть логика.
- Умоляю, не делай этого. Это слишком неправильно.
Соломон зажмурился, когда девушка сняла сорочку.
- Оставь свою гребаную одежду на месте, Хаос! - взвыл он, прибегая к силе интонации.
Хаос стремительно скользнула по его телу вниз, пока не достигла верхней части его бедер. Его тело уже вздымалось своей готовностью действовать, а ведь она еще не успела зайти дальше.
- Я буду сопротивляться, тебе лучше приготовиться.
- Я надеялась, что ты не станешь, - сказала девушка, быстро развернувшись всем телом. Не успел он осознать, что она делает, как его лодыжки резко сошлись вместе, крепко затянутые еще одной петлей.
Ох, черт. Блять. Он подтянул к себе колени, глядя на девушку.
- Не заставляй причинять тебе вред, Хаос, пожалуйста.
Девушка склонила голову к Соломону, в ее глазах горел невысказанный вопрос, словно он уязвил ее своими словами. «Ты бы мог причинить мне вред?» Очевидно, она не сомневалась, что этого он никогда бы не сделал. Никогда.
- Значит, ты собираешься изнасиловать меня? Вот так? Иисусе.
Он крепко зажмурил глаза, когда она оседлала его талию. Что ему оставалось делать?
Оставаться спокойным.
Мужчина ахнул, когда девушка взялась за его боксеры и начала опускать их, несмотря на то, что его колени по-прежнему были притянуты к телу. Оставаться спокойным? Оставаться спокойным? Может быть, ему следует сделать вид, что он не против ее действий.
- Ладно, ладно, - сказал Соломон, выпрямляя свои ноги.
Хаос уселась на него в ту же секунду, как только он вытянулся всем телом на постели. Мужчина стиснул зубы, когда она стянула его боксеры ниже и мягким захватом его член обвили руки, начав поглаживать. Весь тяжелый труд Соломона, чтобы оставаться чистым для своей жены, исчез под прикосновениями Хаос.
Прилив жара заставил его зарычать, а внутренний голос убеждал принять происходящее. Настолько это было восхитительно и необходимо. Но все это не имело никакого смысла. Для кого, черт возьми, такое могло быть необходимым?!
Рот девушки накрыл его плоть, и Соломон дернул головой вниз, чтобы проследить за тем, что она делала. Взгляд Хаос устремился к его лицу, преследуя и удерживая его в плену некого смятения, взаперти своего персонального ада. Это то, что она терпела всю свою жизнь. Принуждение к удовольствию. Только для нее не было никакого удовольствия в том, что она делала, никогда.
Почему она это делает? Если бы он только понял ее мотивы, тогда, возможно, смог бы помочь ей. Соломон стиснул зубы, сопротивляясь той жажде, которую испытывало его тело, но только не разум. Как быстро он сдался. Так продолжалось до тех пор, пока он не увидел слезы на ее щеках, что поразило его в самое сердце. Она нуждалась в том, чтобы он не был таким, как все остальные.
Жар медленно покидал низ его живота.
- Это не то, что тебе нужно, Хаос, - выдохнул он, отдышавшись.
Девушка увеличила темп, и Соломон сосредоточился на том, что помогало ему удерживаться от падения.
