Падма подошла к полукругу стульев и облокотилась на один из них, глаза её слегка расширились.
— Гермиона, — она указала на покрытый шелком предмет на стене, — это то, что я думаю?
Софи приземлилась в кресло и начала копаться в своей сумке.
Гермиона улыбнулась.
— Наверное, да.
Падма глубоко вздохнула.
— Чей же?
— Скоро я вас представлю, обещаю.
Они поболтали еще несколько минут, и вскоре к ним присоединились Джастин и Кевин.
Дин был последним, они пришел через несколько минут после условленного времени.
— Извините ребята, пришлось стряхивать с хвоста Джона Поттера.
Падма нахмурилась.
— Он не хотел, чтобы ты приходил?
Дин пожал плечами.
— Я вообще не хочу ему ни о чем говорить. Джон ненавидит слизеринцев, — он кивнул на Гермиону.
Падма выглядела так, будто готова была что-то сказать.
Гермиона нахмурилась. Не стоило давать их общению превращаться в политические дебаты. Она прочистила горло.
Пятеро однокурсников повернулись к ней и обратились в слух.
— М-м-м, спасибо вам всем, что пришли, — она вздохнула и продолжила. — Итак, в прошлом году вы все узнали, что вы волшебники. Кроме Падмы, конечно.
Падма кивнула.
Гермиона продолжала:
— Я узнала об этом несколько лет назад, но и для меня магический мир — новое и незнакомое место. Я получила почти то же самое дошкольное образование, что и многие наши друзья, но пока не пришла пора покупать палочку, я не посещала Косую Аллею.
Полукруг кивнул. У Софи на коленях лежал маггловский блокнот.
— Этот мир очень отличается от того, из которого мы пришли. Нам всем читают вводную лекцию, когда вручают письма с приглашением на учебу в Хогвартсе, но эта лекция оставляет не рассмотренными много вещей — много важных вещей.
Она глубоко вздохнула.
— Когда я была в Косой аллее, я встретила там Джастина, — она кивнула Джастину, который улыбнулся в ответ. — И мы коротко поговорили об этом. Он спросил, можем ли мы создать что-то, чтобы научить таких, как мы, деталям и тонкостям нового для нас мира, тому, чему школа не может или не хочет учить. И вот мы здесь. Простите, что я так надолго затянула.
Все ее слушатели сделали движения "все в порядке". Кевин усмехнулся.
Она смущенно улыбнулась.
— Причина, по которой это заняло так много времени, заключается в том, что я хотела организовать что-то особенное и обычно доступное только старым родам, — она указала на покрытый шёлком предмет на стене. Она схватилась за шелк. — Позвольте мне официально представить вам, — она сняла шёлк, — портрет Элизабет Гринграсс, бывшей Леди Гринграсс, и бабушки наследницы Дафны Гринграсс.
Глаза присутствующих магглорожденных расширились, в то время как Падма выглядела одновременно удивленной и впечатленной.
Элизабет на портрете улыбнулась элегантной улыбкой, которая открыла морщинки под её свирепыми, ледяными голубыми глазами.
— Она позаботится, чтобы я ничего не пропустила. Есть вопросы?
Падма подняла руку.
— Я не знала, что тебе разрешено приносить картины в замок.
Гермиона пожала плечами.
— Это не принято, но и не против правил. Некоторые студенты приносят их для использования в качестве наставников и чтобы общаться со своими семьями без использования совы. Как ты думаешь, почему нам не разрешают сдавать сочинения, написанные пером под диктовку?
— Ты имеешь в виду?..
133/430
Портрет Элизабет прервал её, голос женщины источал тихое благородство.
— Да, дорогая. Фактически, это правило было введено именно в моё время. Студент с Хаффлпаффа был пойман на том, что сдавал эссе, написанные портретом его много раз прадеда. Причем попался он только потому, что глупец не сумел приспособиться к изменениям в языке.
Софи старательно делала заметки.
— Итак, — Гермиона взяла кусок мела и написала на доске: "Урок первый". — Мы начнем с того, что именно произошло между Джастином и Малфоем, и пойдем дальше. Там будет довольно много сопутствующей информации, которую нам очень полезно знать.
Затем она начала объяснять, время от времени ей помогал портрет Элизабет Гринграсс.
Гермиона рассказала о привилегиях чистокровных, о том, как они возникли и как они отличались от привилегий благородных родов. Она объяснила, почему такие люди, как Крэбб и Гойл, ненавидят магглорожденных, и как такие рода, как Малфой, Нотт и Паркинсон, давным-давно загнали себя в положение, в котором они должны были строго придерживаться принципов сохранения чистоты крови, чтобы поддерживать на плаву свои деловые империи, несмотря на то, что они уже были благородными, и как после многих поколений они искренне поверили в дело, которое сначала поддерживали просто из рыночного прагматизма.
Она рассказала о дискриминации, с которой магглорожденные сталкиваются на рабочих местах, и привела примеры многих распространенных трюков, которые недобросовестные волшебники будут использовать, чтобы заманить магглорожденных в ловушки и по максимуму воспользоваться их неосведомленностью. Теперь доска была вся покрыта мелом.
