Практическое применение законодательных положений в большинстве случаев почти невозможно. Как заметил Салтыков-Щедрин, «строгость российских законов смягчается необязательностью их исполнения». Автор должен долго и дорого судиться, чтобы в лучшем случае получить свой гонорар, но не штраф и не возмещение морального ущерба за обман, за потраченные время и деньги на судебный процесс. Судебное производство очень медленное, а театральный процесс быстрый и летучий. Пока автор пишет жалобы в театр, находящийся в другом конце страны, пока он решится судиться и найдет на это деньги, пока его адвокат начнет предсудебную подготовку, пока посылаются запросы (на которые театры не дают ответа), пока копируются и заверяются документы, пока ищутся свидетели, пока суды разных инстанций раскачиваются – спектакль отыгрывается и снимается с репертуара, и судиться за прошлогодний снег становится затруднительно. Нет тела – нет дела.
Если бы театры знали, что за нарушение закона им неизбежно придется выплатить автору гонорар в десятикратном или стократном размере, они вели бы себя осторожнее. Теоретически эта возможность законом предусмотрена, практически реализуется редко.
Правовая просвещенность руководителей театров, режиссеров и продюсеров очень слаба. Они не знают законов и не любят их соблюдать. Театры не умеют составлять авторские договоры. Обычно это поручают завлитам, которые тоже не знают законов (да и не должны их знать; их дело – формировать репертуар, а не заниматься юридическими вопросами). Лишь изредка эту обязанность поручают юристам. Не знают законов и авторы.
Хорошо разработанных типовых форм авторских договоров не существует. Договоры со стороны театра подписываются директором, но режиссер-постановщик спектакля этого договора не видит, с ним не знаком и не очень им интересуется. Он (да и весь театр в целом) рассматривает договор как формальную бумажку, которая его ни к чему не обязывает. В творческий контакт с автором режиссер обычно не вступает, считая это совершенно излишним. Поэтому он спокойно вносит изменения в пьесу, нарушая закон.
Часто театры лишь сообщают о своем намерении поставить пьесу (или даже о факте состоявшейся постановки) не автору, а в РАО, и почему-то считают, что этим они свои обязательства по отношению к автору выполнили. Некоторые театры до сих пор считают, что на исполнение опубликованной в печати пьесы они вообще не должны просить разрешения и платить за постановку гонорар. Однако публикация и отсутствие запрета не означает разрешения на использование. В театральных вузах будущих режиссеров не обучают ни театральной этике (об этом мы писали выше), ни авторскому праву.
Опытных юристов, специализирующихся в театральной сфере авторского права, практически нет (театральная сфера составляет лишь часть интеллектуального и авторского права). Судебных процессов и прецедентов, на которые можно было бы опираться в судебной практике, в этой области очень мало.
Когда зарубежный театр хочет поставить пьесу российского автора, он часто обращается (если вообще обращается) не прямо к автору, а в РАО (прямо или через свое национальное агентство), а РАО часто просто не отвечает на запрос и не уведомляет об этом автора.
Защитить произведение от пиратской постановки за рубежом крайне трудно. При этом часто грубо нарушаются и неимущественные права автора (переделки пьесы, изменение названия и пр.).
В числе основных законов по авторскому праву, которые и авторам, и театрам не мешает знать и соблюдать, можно назвать следующие:
1. Гражданский кодекс РФ. Статьи 420–453 (о договорах) и Часть четвертая (Интеллектуальное право, ст. 1225–1344).
2. Уголовный кодекс РФ, ст. 146 («Наказание за контрафактное исполнение и плагиат»).
3. Кодекс об административных правонарушениях РФ (КоАП), статья 7.12. «Нарушение авторских и смежных прав, изобретательских и патентных прав».
4. Постановление Правительства Российской Федерации от 21 марта 1994 года № 218 «О минимальных ставках авторского вознаграждения за некоторые виды использования произведений литературы и искусства» (Приложение № 1).
5. Бернская конвенция по охране литературных и художественных произведений (принята 9 сентября 1886 г.; вступила в силу для Российской Федерации 13 марта 1995 г.). Она действительна для всех стран, присоединившихся к Конвенции, в т. ч. для Украины, Белоруссии, Молдавии, Казахстана, Латвии и еще 160 стран.
Законы в целом правильны, однако соблюдаются они плохо и не в полном объеме, а процессуальный кодекс не обеспечивает авторам возможности реализовать выполнение этих законов. В случае их нарушения автор нередко оказывается бессильным в споре с театром.
К ним принадлежат:
– право на воспроизведение;
