От нечего делать, включила компьютер. Полазила на форумах, в игрушки поиграла, хотела позвонить Кате, но не уверена, что она все еще дома. Либо еще не пришла со своих гулянок, либо уже спит. Нет, не буду будить. Хотя, очень хочется. А еще хочется позвонить тому, кому звонить не стоит. Нет, я не Егора имею в виду, но звонки этому темному тоже чреваты. Да и что я ему скажу? Виктор, твоему брату угрожает опасность? Он скоро в камере смертников окажется. Это при условии, что я действительно верю, что у меня есть этот дар. А если это какое-то гигантское недоразумение? Ведь и такое может быть. Да и статья эта оптимизма не внушает. Не хочется мне рисковать собой ради возможности выяснить, действительно ли у меня есть этот злосчастный дар.
И кого я обманываю? Это все предлоги, возможности, которыми так хотелось воспользоваться. Ведь напрямую я позвонить не могу, а так… приближусь на мгновение. Знаю, дура. Все про себя знаю. Но как подумаю, что где-то там, на заднем фоне услышу его голос, сердце замирает, ладони покрываются липким потом и… плакать хочется. Я безнадежна. Он меня предал, уничтожил, заставил саму себя ненавидеть, а я… все еще жду, все еще надеюсь. Хотя знаю, что ему на меня плевать. И как бы мне не хотелось, а любовь из сердца вытравить не могу. Нет, я не его люблю, а тот образ, несуществующего Егора, которого сама же и придумала. И по нему я скучаю, его оплакиваю, к нему рвется мое сердце. Только не понимает, глупое, что того парня нет. И никогда не было.
Я отвлеклась от самоедства, посмотрела на монитор. Пять утра. А сна ни в одном глазу. Потерла глаза и подскочила от неожиданно распахнувшейся двери. Она так сильно о стену бухнулась, что показалось, сейчас штукатурка с потолка посыплется. Яркий свет ударил по глазам, и я, наконец, узрела того, кто так нагло прервал мой приступ внезапного уныния. Репетитор явился. Оригинальный способ для пробуждения. Интересно, ему знакомо такое понятие, как будильник?
Я сидела за столом, обзор к которому многострадальная дверь перекрыла, зато прекрасно видела, как резко изменилось его лицо от вида не разобранной кровати.
А когда на его лице и вовсе мука отразилась, и он прошептал, едва слышно, но очень страшно:
— С кем ты, Эля?
У меня колени задрожали. Блин, показалось даже, что я его неверная жена, загулявшая с любовником, а он всепрощающий, любящий муж-рогоносец. Только с чего такая реакция? Мы блин, едва знакомы.
— Э… я здесь. С Крысом.
Я даже рукой помахала, когда он слишком резко для меня, обернулся. Хотела бы думать, что показалось. Тем более, что сейчас ничто не выдавало его чувств. Собранный, уверенный, хладнокровный. Вот только в вопросе: «С кем ты, Эля?» — хладнокровия, ни в каком месте не наблюдалось. Да уж. Ну и дела.
— Почему ты не спишь?
— Э… а ты что делаешь в моей комнате в пять утра?
— Собираюсь вытащить тебя на тренировку.
— Оригинально. А заранее предупредить нельзя было?
Он промолчал. Ага, и сказать-то тебе нечего. Нет, он точно псих. Первое впечатление иногда самое верное.
— Ладно, у меня есть время на душ?
— Десять минут, — ответил он и удалился так же стремительно, как и явился.
— Это еще кто? — неожиданно спросил Крыс.
— Репетитор.
— Чей?
— Мой. Ты же без имени ни на что не способен. Вот бабушка и обратилась к сторонним силам.
— Странный он какой-то, — словно прочитал мои мысли хвостатый.
— И не говори, — согласилась я, пожала плечами и пошла умываться. Через десять минут я уже была внизу. Диреев ждал у лестницы.
— Пей, — проговорил, протянув мне пластиковый стакан с чем-то мутным и невзрачным.
— Что это?
Хм, интересный вкус.
— Мышиные хвостики, — пояснили мне, а я поперхнулась.
— Что??? — взревела, прокашлявшись.
— Успокойся. Я пошутил.
— Пошутил? Пошутил??? — возмущенно воскликнула я, а этот… не остановился даже. Пошел на улицу.
— Куда мы идем?
— Бегать. Справишься?
Да он издевается, — вдруг поняла я. Мстит за свой прокол? Так не на ту напал. Хм, посмотрим, кто кого.
— В какую сторону бежим?
— На запад.
Я побежала. И он рядом. И чем быстрее я бегу, тем сильнее он ускоряется. Гад. Через десять минут у меня закололо в груди, через полчаса перестала чувствовать ноги, через час плюнула на все и упала на землю. Плевать. Лучше пусть сразу прибьет, изверг.
— Долго лежать будем?
— Ты хоть умереть мне спокойно дашь?
— Вставай.
— Отстань.
— Эля. У нас договор.
— А не пойти бы тебе.
— Хорошо.
И он реально ушел. Я даже приподнялась на сырой траве, чтобы убедиться. Никого. Класс. Интересно, а он вернется вообще? Или это типа наше соглашение разорвано? Не, я так не играю. Хотя.
Я подложила под голову руки и посмотрела в небо, на котором скрылись еще не все звезды. Красота. Внезапно тень заслонила обзор, а через секунду на меня вылили полведра ледяной воды.
— Ты офонарел?
Я подскочила на метр, наверное.
— Полегчало? — невинно улыбнулись мне в ответ. — А теперь вперед, еще пять километров и можешь быть свободна.
— Ты сволочь, ты знаешь это?
— Мне говорили.
