— Мне казалось, что фашисты убивали только людей.
— Наш и их мир слишком тесно переплетены. Проблемы в одном неизменно ведут к проблемам в другом. И на нашей стороне погибло немало. И темных, и светлых, и хранителей, и оборотней, всех. Я не хочу об этом говорить. Потому что это позор нашей истории. Валери и ее семья стали жертвами той политики невмешательства, что проводят многие члены Европейского совета. Они не видят угрозы у себя под носом и не хотят видеть. Надеюсь, что когда они, наконец, осознают, не станет слишком поздно. Для всех. Мир слишком хрупок, чтобы мы могли себе позволить разжигать ненависть.
Признаюсь, меня слова Славы напугали. Он говорил о таких вещах, которые недоступны моему пониманию. Да и не хочу я знать о политике. Мне бы в своей жизни разобраться.
Он ушел, а я все думала о Валери. Она не просто так сиротой оказалась. Ее родителей убили каратели. Я не знаю, за что, почему и как. Но знаю, что и ее тоже они хотели убить. Чем им помешал ребенок, не представляю. Только чудо спасло тогда малышку. Незапланированное перерождение. Она была обычным ребенком, а под действием стресса, превратилась в волчонка и сумела сбежать почти без повреждений. Внешних. То что творилось, и творится у нее внутри, не знает никто. И мне ее очень жаль.
Разбудил меня внезапно возвратившийся Крыс. Очень недовольный и отчего-то мокрый.
— Ты чего такой?
— Да под грозу попал. Элька, платок подай.
Подала. Крыс шмыгнул в ванную. Уж и не знаю, что он там делал, но вернулся сухой и чистый.
— Ну, что ты узнал? — сразу подлетела я с вопросами.
— Да погоди, дай дух перевести. Мне через полчаса опять отправляться.
— Как? Зачем?
— По моей просьбе Милена совет хранителей созвала. Если повезет, под нашим общим напором, Крон все-таки появится.
— Крон? Кто такой Крон?
— Хранитель того урода, что тебе жизнь испортил, — «обрадовал» Крыс.
— А он-то чем помочь сможет?
— Тем, что искру трогать нельзя. Помнишь, Милена говорила, что хранители в принципе не могут причинить им вред?
— И что? Думаешь, он ради меня пойдет против своего хозяина? Ты бы пошел?
Крыс задумался. Я его в тупик поставила своим вопросом.
— Не знаю, Элька. Это сложный вопрос. Если будет конфликт интересов, он отвечать не станет. Блин, а я уж надеялся, что удастся прижучить этого гада.
— Крыс, а может не надо?
— Элька, если они против тебя что-то задумали — это нас всех касается. И вообще, не только нас. Всего сообщества. Если припрет, мы до верхушки доберемся. Не дрейфь, Элечка, мы тебя в обиду не дадим. Что бы эти двуногие не думали о себе, но мы тоже сила. И еще какая.
— Да я верю. Просто… боязно как-то.
— А мне нет. Такая крутая заваруха намечается, — пропищал в восторге хвостатый. — Не жди меня. Буду поздно.
С этими словами Крыс проделал свой фокус-покус с исчезновением и оставил меня еще более встревоженной, чем вчера. С его энтузиазмом, боюсь, что не только Егоровым не поздоровится, но и по мне бумерангом ударит. Я поежилась. Страшно будет, если мне и правда придется вернуться в Россию и встретится с ними… с ним лицом к лицу. Я не смогу, не выдержу этого. Так, кажется, я начинаю паниковать, а мне нельзя. Сердце начнет сбоить, бабушка подключится. А тут уж держись! Ураган Алевтина сметет все и всех.
Я посмотрела на часы. Пол-пятого. Вполне успею на ежедневную тренировку. Мы, конечно, договаривались, что сегодня ее пропустим, но мне просто необходимо сбросить пар и очистить голову от тревожных мыслей. А в этом плане идеально подойдет настоящая пробежка. Но одной скучно. Решила растормошить Диреева. Он мой учитель, вот пусть и страдает вместе со мной.
В дверь стучать не стала. Мало ли что? Разбужу некоторых нежелательных элементов. Замучают шуточками потом. К тому же можно и запасным вариантом воспользоваться. У нас балконы смежные. Пройдешь пару шагов и можно в соседнее окно заглянуть. Что я, собственно и сделала. Странно. Никого. А, нет. Из ванны вышел. О, черт. В одном полотенце. Ой, уже без полотенца.
Я резко отпрянула. Дура. Такие впечатления с утра пораньше. А он ничего. Очень даже ничего. Везде. Ужас. О чем я только думаю. Извращенка.
Я смылась в комнату. Пипец. Надеюсь, не заметил, как я из окна на него таращусь. Стыд-то какой. Но, образы образами, а энергию сбрасывать придется. Вернулась к двери соседа. Он не спит, так что точно услышит мой тихий стук. Услышал. Открыл. С недоумением на меня посмотрел.
— Эля?
— У нас тренировка, забыл? — буркнула я, тщательно избегая смотреть на него. Образ голого репетитора, наверное, навсегда отпечатался в моей памяти.
— А у тебя сегодня день рождения.
— Я помню. Жду тебя внизу.
