Вывел меня гигант аккурат во двор. Снова улыбнулся, неуклюже кивнул и пошел по своим делам. А мне так жаль его стало. Кем бы он ни был, но никакой он не урод. Внешне может так и есть, но внутри бьется доброе сердце. А значит, он лучше многих внешне безупречных красавцев, от которых глаз нельзя отвести, а копнешь внутрь, а там такая грязь обитает, что бежишь без оглядки, открещиваясь от такого знакомства. Так что я догнала его, коснулась руки и сказала:
— Спасибо, что вывели из подвалов. Я бы сама никогда дорогу не нашла.
— Я… это. — промямлил он в ответ и снова покраснел. — Это… карту дам, не заблудитесь больше.
— Буду очень благодарна, — откликнулась я и пошла вслед за большим не только внешне, но и душой, человеком.
Во дворе института было достаточно много построек. А одна из них напрямую соединялась с главным зданием. Оказалось, это гигантская оранжерея, которая впечатлила не только своими размерами, но и уникальным собранием редких, и не очень, растений и деревьев. Наверное, именно о ней вчера упоминал Федя. Пока мы шли, я с удивлением узнавала почти все травки, надо же, хоть что-то в памяти отложилось со времен изучения травоведения в деревне у тети Нины. Очень надеюсь, что хоть с этим предметом у меня проблем не будет.
— Ух ты, ухват трава! — восхитилась я и свернула с дорожки, чтобы разглядеть поближе уникальное растение. Это очень хищная травка, которая маскируется под обычную осоку, но стоит только к ней подойти, как крайне острые листья опутают жертву, впиваясь в кожу и высасывая энергию. А когда травка достаточно насытится, то пустит стрелу, на конце которой появится прекрасный, яркокрасный, как сама кровь цветок. Очень ценный цветок, используемый исключительно для одного зелья, способного в разы увеличить магические способности.
Когда я об этом прочитала, то возник резонный вопрос:
— Если это возможно, то почему тогда все не выращивают это растение?
— Потому что процесс выращивания ухват — травы долог и дорог, а сварить и не испортить зелье могут единицы. Оно того не стоит, — пояснила тетя Нина. — Впрочем, есть те, кто искренне верит, что сможет озолотиться, сварив его.
— И как? Смогли?
— Как я уже сказала, сварить зелье могут только очень одаренные маги, а они и так способны заработать, без траты времени и сил на то, что почти бесполезно.
— Почему бесполезно? — спросила тогда я.
Вот только тетя Нина не ответила, а переспрашивать я не стала.
Каморка Грента была прямо у входа в оранжерею. Маленькое, очень чистое помещение, когда он вошел, то занял почти все пространство, а мне некстати вспомнился мультик про слона в посудной лавке. Правда, здесь разбивать особо нечего. Разве что чашку на столе.
— Грент, скажите, а давно вы здесь работаете?
— Давно, — буркнул он и протянул мне большой, сложенный вчетверо лист бумаги.
Это действительно была карта, только показывала она исключительно ту часть замка, в которой мы находились. Так я узнала, что на северной стороне двора расположены еще две оранжереи с теплицами, что тренировочная площадка чуть западнее, а если завернуть за угол и пройти еще триста метров, то окажешься прямо перед центральными воротами.
— Это же настоящее сокровище, — восхищенно прошептала я. — Вы уверены, что я могу это взять?
Грент кивнул и смутился, когда я в порыве чувств обняла здоровяка.
— Простите.
— Я это… пойду.
— В оранжерею?
Здоровяк неуверенно кивнул, а я неожиданно даже для самой себя предложила:
— А хотите, я вам помогу? Я умею ухаживать за растениями, правда. Только мне бы перчатки какие-нибудь.
В ответ Грент протянул свои.
— Боюсь, что ваши мне будут велики, — улыбнулась я. — А давайте завтра я принесу перчатки и помогу вам с работой. Мне не сложно.
Все-таки мне очень хотелось хоть чем-то его отблагодарить. Не знаю, но мне почему-то кажется, что у него никого нет, даже друзей. И я, оказавшись здесь, почти в изоляции, вдруг поняла, как тяжело быть одинокой и не иметь возможности пожаловаться, поплакаться кому-то или поделиться радостью. Это страшно. Да и не сложно мне побыть для кого-то другом, пусть даже на один час в день.
С этой чудо картой мое пребывание здесь существенно упростилось и даже стало не так боязно. Все-таки быть здесь и не знать, что ожидает тебя за соседней дверью или за поворотом в коридоре, сомнительное удовольствие. Бабушкин кабинет находился в восточной башне, а всего их пять. Я решила навестить ее, но только утром, а еще найти, наконец, тот зал, где по идее меня должны убить. Мало ли, может, мне удастся его спалить. А что? Это идея.
