— Так вот почему у Ларса такая колоссальная посещаемость, — хмыкнула бабушка. — Что ж, не будем мешать студентам развлекаться, с одним дополнением. Впиши в правилах, что использование угрожающей жизни и здоровью магии на студентах первокурсниках, карается исключением. Без вариантов.
Голос исчез, а я, наконец, смогла вздохнуть спокойно и продолжить поглощать пирожки.
— Ну, скажи, тебе хоть здесь нравится?
— Ага. Только сирена жуткая по утрам будит.
— Да, милая, до обеда тебе здесь поспать не удастся.
— Своеобразный будильник.
— Зато какой эффективный, — улыбнулась бабуля, а потом прищурилась. — Но с формой надо что-то делать и с правилами.
Она опять нажала на голову горгульи, но на этот раз я не услышала механический голос, а вполне живое кряканье «воблы».
— Да, Алевтина Георгиевна.
— Галина, принесите обновленные правила для первокурсников, а также распорядитесь, чтобы после обеда в комнату студентки Паниной зашел портной.
— Да, Алевтина Георгиевна, сейчас сделаю, — ответила тетка секретарь и отключилась.
— Какая она у тебя исполнительная, — скривилась я.
— За то и держу.
— Она человек? Как и тот профессор?
— Регистратор. Неужели не поняла?
— Я не вижу особой разницы между ними и людьми, но знаю, что в тайный мир нельзя попасть человеку.
— Совершенно верно.
— Бабуль, а что у тебя с этим. Алексием Юрьевичем?
— Ничего. Он очень талантливый мужчина.
О, как! Не учитель, а мужчина. Кажется, бабушка им увлеклась и совсем не как одним из своих подчиненных. И это в очередной раз убедило меня присмотреться к нему поближе.
— Бабуль, а ты знаешь, что он опекун темного мальчика, родители которого состояли в культе «Темная кровь»?
— Эля, я знаю все, что должна знать о своих подчиненных, а вот почему тебя он так заботит? — нахмурилась бабушка.
— Да, нет, — поспешила отступить я. — Мне просто любопытно. Он очень… интересный.
Хотя, я бы заменила это слово на странный, настораживающий или пугающий. Сама не знаю, что в нем меня так напрягает.
— Бабуль, а что с Женей? Теперь она не человек?
— Да, — подтвердила бабушка и снова посуровела. — И я очень недовольна вами обеими. Почему скрывали? Насколько я знаю, у Жени уже даже есть хранитель.
— Я думала, что это пройдет.
— Это же не насморк.
— Я знаю, просто… это… тяжело. Этот мир… все это… давит. Я уже начала забывать, что когда-то была нормальной.
— Ты и сейчас нормальная.
— Ты не поймешь, — скисла я, но недооценила желание бабушки выяснить все до конца.
— А ты попробуй объяснить. Что не так? Что тебя так сильно беспокоит?
Ну, вот. Я уже и бабушку начала опасаться, а ведь она один из самых близких мне людей. И если не ей мне рассказывать о своих страхах, то кому еще?
— Тогда все было просто. Я ходила в школу, училась, рисовала картины и хотела стать художником, а сейчас стоит только чихнуть и вот уже мой обычный скутер летает, сестрица становится ведьмой, а я сама вынуждена носить браслет, чтобы не разрушить все до основания. И это еще ничего, но кто-то все время пытается меня убить, понимаешь?
— Понимаю, — ответила бабушка. — Но так будет не всегда.
— Откуда тебе знать?
— Ты забываешь, кто я, милая. А своих внучек я в обиду не дам. Никому.
Бабушка помолчала немного, наблюдая за мной пристальным взглядом, а потом проговорила:
— Думаю, тебе нужно развеяться, отдохнуть от всего этого.
— И что ты предлагаешь?
— Есть у меня одна мысль, хм. Я тебе о ней позже скажу, когда все готово будет. Обещаю, что тебе понравится. А на счет сестры… не стоит так за нее беспокоиться. Не уподобляйся мне и позволь ей самой совершать свои собственные ошибки. К тому же… в ней нет твоего негативного опыта, она видит в магии свет, когда ты видишь в ней тьму и зло. Надеюсь, что здесь, мы сможем это исправить.
— Значит, теперь она светлая? Как ты и хотела.
— О, поверь, я совсем не этого хотела, и не так. Проявляться под влиянием такого стресса, большое испытание для организма, для психики. Я бы предпочла, чтобы ее силы открывались постепенно.
— А Кир?
— Тот темный мальчик? Да, мне тоже не нравится их тесная дружба, мне с лихвой хватает тебя и семейства Егоровых.
— Бабуль, — простонала я. — Опять ты об этом.
— Все, все. Не буду больше, — улыбнулась бабушка и хотела еще что-то сказать, но нас прервала недовольная, злобная «вобла», зыркнула своими злыми глазенками, но обещанные правила для первокурсников МЭСИ передала.
— Не хилая книжечка, — хмыкнула я. По виду около ста страниц наберется.
— Для второкурсников правил в два раза больше, — «обрадовала» бабушка и добавила: — Я очень надеюсь, что эту книгу ты хотя бы прочитаешь.
— Это типа камень в мой огород?
— А это не типа, дорогая, это так и есть. Да и еще, — бабушка уселась в кресло, достала из верхнего ящика несколько листов и протянула мне. — Твое расписание на весь семестр. В январе будет первая сессия. Ну, там все написано.
— Я изучу, — рассеяно ответила я. — Бабуль, и это… мне всегда придется с боем прорываться в твой кабинет? Если я захочу поговорить.
