Пришлось поднапрячь мою дырявую память, которая в последнее время сбоит и каротит, как электрическая розетка. Минут пять губы кусала, пока не доперло, что далеко ходить не надо. Есть у нас в классе спец, Женька Пестов. Он делает самые офигительные видеоклипы, даже телефонную запись может превратить в шедевр. Вот я дура. И почему раньше не дошло? А все Егор. Это он воду мутит и меня с верного пути сбивает. Ведь пообещала сама себе, что не нужны мне никакие парни, и что теперь? Только о нем и думаю. Не, я точно блондинка.
В класс вернулась за три минуты до звонка и сразу же направилась к Женьке Пестову. Уж если он из этой дряни на флэшке не вытащит что-то полезное, то никто не сможет.
— Жень, минутка будет?
— Для тебя хоть пять, — обрадовал одноклассник. Вот за что люблю Женьку — за добрый нрав. Он всем готов помочь, о чем ни попросишь. И ведь не должен, он же популярный и все такое. Но все равно, кто бы не обратился, в лепешку расшибется, а поможет, просто так, потому что он такой.
— Пять не надо. У меня тут видео есть одно. Вытащить что-нибудь сможешь?
— Давай глянем, — с готовностью отозвался он. Я протянула телефон Егора.
— Да уж. Эль, тебе видео надо из всего этого шлака?
— Аудио.
— А, ну тогда другое дело, — воодушевился Женька, — Я его себе переброшу и вечером посмотрю.
— Жень, ты знаешь, что ты лучший?
— Догадываюсь.
Эх, он по-настоящему крут. Я бы его расцеловала за это, но не рискнула. Ладно Ромка, его злят все парни, к которым я подхожу, а вот Егор отчего напрягся, непонятно. Кстати, он снова пересел на свое место. Оно и к лучшему. Спокойнее как-то.
Я надеялась, что этот урок будет лучше предыдущего. Ага, конечно. Мечтай, Элька. Зуд между лопатками от одного наглого взгляда не просто не прошел, усилился. Попыталась сосредоточиться на теме урока, точнее на творчестве Пастернака, которому будет посвящена вся эта неделя. У нашего препода, причем единственного мужчины в коллективе, за исключением физрука и трудовика, Аркадия Петровича был свой метод проведения уроков. Иногда он отходил от министерских планов и проводил такие вот недельки русской поэзии. В прошлом году мы так Пушкина изучали, помимо основной программы, конечно. Даже поставили Евгения Онегина перед всей школой. Удивительно, но всем понравилось.
Мы надеялись, что и в этом году нас ждет что-нибудь эдакое, но увы. Большие начальники его метод зарубили на корню, а Петровичу по шапке надавали. Спектаклей больше не будет. Но от неделек русской поэзии он не отказался.
Чтобы как-то отвлечься от моей персональной пытки, решила вспомнить, кто кого играл. Ну, Стервоза, само собой Ольгу Ларину. Татьяной слава богу не я была. Ленка. Новый опыт для нее. Онегин — наш мачо, Женька Пестов. Эх, в него все девчонки и так влюблены, а после спектакля так вся школа влюбилась. А кто был несчастным Ленским? Хоть убейте, не помню.
Не думала, что могу настолько задуматься, что даже не услышала, как препод меня позвал. Встрепенулась, уставилась на него, лихорадочно пытаясь понять, чего он от меня хочет.
— Эля, вы меня слышите?
— Слышу.
— С вами все в порядке?
— Да, Аркадий Петрович.
— Очень хорошо. Тогда вы, может, сделаете то, о чем я вас просил?
— Если вы напомните.
Да, да. Я и так чувствую себя полной дурой, но добавлять-то зачем. Даже те, кого я считала друзьями, не скрывали ехидных смешков. Неприятно, скажу я вам. Но Аркадий Петрович уникальный учитель. Вместо того, чтобы разозлиться и влепить мне пару за невнимательность, он терпеливо повторил то, чего от меня хочет. Уж лучше бы не повторял.
В общем, сейчас мне предстоит перед всем классом читать одно из стихотворений Пастернака. Класс. Не то, чтобы я его не знала, просто публичные выступления, не мое. Тем более перед тем, кого отчаянно избегаю. Но делать нечего. Пришлось вставать и идти к доске. Как бы мне хотелось сейчас, чтобы звонок прозвенел. Но нет, до конца урока еще пятнадцать минут. Достаточно времени для моего позора.
— Э…любой стих? — обратилась я к преподу.
— Любой.
На одноклассников, а тем более на заднюю парту смотреть вообще не хотелось, поэтому уставилась на Аркадия Петровича и начала читать:
— Признаюсь, я ожидал чего-то…более от вас, Эльвира, — вздохнул учитель, выводя в классном журнале мою заслуженную — незаслуженную четверку.
Ну, вот. Я даже моего любимого учителя, успела разочаровать.
— И что вам не нравится, хорошая песня, — пробурчала, идя на свое место.
— В том-то и дело, Эльвира. Вы выбрали самое простое, стараясь отделаться, а не показать свои истинные знания.
— Откуда вы знаете, что это не единственное стихотворение, которое я знаю?
