– Вот-вот, – обрадовалась я. – Валерий Кириллович человек деловой, кроме того, трус. Да и дело-то неприятное, поэтому и постарался уладить его как можно скорее. Добрался на явочную точку рядом с сараем, увидел бородатого человека, полностью отвечающего эстетическим требованиям наемного убийцы, слегка испугался и быстренько отсчитал обалдевшему Денису денежки. По ходу дела сухо сообщил последние детали плана. И удрал, наверняка вздрагивая по дороге от неприятных воспоминаний. Вероятно, Денис принял незнакомца за буйно помешанного, спорить и убеждать его в ошибке не стал. Между прочим, мы все были свидетелями нервных срывов Валерия. Убеждена, что мешать ему нельзя – себе дороже! Короче, Денис немного подумал и, как порядочный человек, решил для начала прогуляться к особняку и разобраться на месте что к чему. А заодно вернуть деньги тому, кто покажется ему более нормальным, чем чудак, сильно его озадачивший. Наверное, он видел, как быстроходный катер уносил чокнутого хозяина особняка в неизвестном направлении…
Похоже, следователю мои рассуждения понравились, но он меня все же прервал и попросил позвать господина Карнаухова. Обстановка была совсем непротокольной. Николай Васильевич оказался хорошим психологом. Это уж я потом узнала, что в кармане его пиджака незаконно был спрятан диктофон.
Следователь потратил на пересказ Денису моих соображений меньше минуты, откуда я сделала вывод – Антон Чехов абсолютно прав. Воистину краткость – сестра таланта. А посему мигом стала его поклонницей. Имею в виду господина Баранкина.
Денис с мрачным видом уселся у окна и буравил глазами очередную залетную муху, легкомысленно разгуливающую по плечу следовательского пиджака. Я с ужасом почувствовала, как в душе рождается темный инстинкт охотницы, и поняла, что теряю контроль над разумом. За доли секунды я обуздала правую руку левой, но это только усугубило положение. От непредсказуемого результата Николай Васильевич спас себя сам. Он вскочил и ловко перехватил мои, сцепленные в замок и занесенные над его собственным плечом, руки. Проклятое насекомое молниеносно рвануло на улицу.
– Муха! – жалобно сказала я. – Упустила!
– Да пусть себе летает, – успокоил меня следователь. – Нагуляется и вернется… – Далее он разговаривал только с Дэном: – Денис Алексеич, насколько я понял, вы упорно молчали, поскольку опасались, что вас обвинят в намерении расправиться с Зеленцовой Юлианой Романовной? М-да-а-а… За вас тут горой стоят. Согласны с теми данными, что я вам изложил со слов Ефимовой Ирины Александровны?