Ее и Юрия поселили на третьем этаже – в большой светлой комнате с балкончиком. Как и ожидала Лина, внутри дома-терема все оказалось современно, по евростандарту. К комнате их прилегала отдельная ванная со всеми аксессуарами; ночного горшка под кроватью, к счастью, не обнаружилось. Мама Юрия провела их по всему дому, произвела ознакомительную экскурсию. Несмотря на множество народа, населяющее дом, внутри было пусто и тихо – каждое из семейств занимало отдельное крыло, по сути дела отдельную квартиру, и место еще для нескольких семей нашлось бы без труда. На первом этаже, кроме зала и кухни, были еще спортзал с приспособлениями для качания мышц и бильярдная. Бильярд удивил Лину – огромный стол с узкими лузами, тяжеленные толстые кии, здоровенные шары – все одинаково белые, каждый размером чуть ли не в апельсин. Похоже, все это было изготовлено для игроков, страдающих гигантоманией. Юрий объяснил, что это называется русский бильярд, что играть в него гораздо труднее, чем в американский, но зато интереснее. В качестве доказательства он взял кий и произвел несколько ударов по шарам, впечатливших Лину своей мощью и громким звуком. Ни один из шаров, к удивлению Юрки, в лузу не залетел. Юрий объяснил, что давно не играл и собрался было приступить к дальнейшей тренировке, но Лидия Петровна заявила что достаточно и повела их в сад. В саду обнаружилось множество яблонь, груш, слив и вишен, сто квадратных метров занимала оранжерея самого современного вида, кроме того, стояли две беседки, увитые плющом. В дальнем углу сада вместо контейнера с экскрементами, обещанного Николаем Андреевичем, находился одноэтажный деревянный дом – как выяснилось, баня. Лине вкратце растолковали разницу между сауной и русской баней, показали веник из березовых веток и пообещали оным веником как следует отстегать – к счастью, не сегодня. Рядом с баней в заборе была калитка, от нее шла тропка вниз к озеру – шагов пятьдесят, не больше. Юрка сказал, что после того, как Лину прожарят при температуре сто градусов и отхлещут веником, ей надо будет бежать голой по тропинке и прыгать в озеро – охлаждаться. Лина еще раз подивилась варварским обычаям русских, но вслух сие комментировать не стала.
А после ужина Юрка все-таки потащил ее играть в бильярд, и Николай Андреевич пошел вместе с ними, и долго озадаченно смотрел, как Юрка с Линой пытаются загнать хоть один шар в лузу, а шары крутятся и вылетают обратно. А потом сказал: «Дай-ка», отнял у сына кий и забил пять шаров за четыре удара. После этого между сыном и отцом началась жестокая неравная битва – Николай Андреевич клал один шар за другим, выполняя такие комбинации, что Лина только диву давалась; Юрка же потел, пыхтел, но тщания его не увенчивались успехом. Лина зевнула, села в кресло, откинулась на спинку, закрыла глаза. Со стороны стола раздавались непонятные слова: «Куда ты с оотяжкой, бей клапштокс», «С машинкой только фрицы играют», «А я тебе говорю, что это не стрейт-пул, здесь тебе не Америка», «Через два шара в левый угол», «Силен, батя!», «Вот тебе своячок», «От борта его, и правее центра». Под этот аккомпанемент Лина и заснула.
День начался как обычно – Юрка разбудил Лину в шесть утра.
Когда-то она брыкалась, капризничала, не могла понять, зачем нужно так рано ложиться и вставать ни свет ни заря, но со временем привыкла – попробуй поспорь с Умником. Как всегда, они сделали пробежку в пять километров, искупались в озере (бр-р-р, холодна все же водичка в сентябре, особенно под моросящим дождем), пришли домой, позавтракали. А потом Юрий засобирался в город.
– Юр, возьми меня с собой, – попросила Лина. – Мне скучно одной.
– Ты здесь не одна. Найдешь чем заняться. Помоги маме по хозяйству.
– Да не нужна ей помощь! Она сама прекрасно справляется, меня только и гоняет: «Иди, доченька, видео посмотри, погуляй». Ну да, не умею я эту работу делать – еду готовить, баню топить, в доме убираться. Но я могу научиться. А она меня учить не хочет. Почему? Я ей не нравлюсь, да?
– Ты всем нравишься, Линка, – Юрий обнял девушку, прижал к себе. – Все тебя здесь очень любят. Просто ты не создана для такой жизни – деревенской, патриархальной.
– А зачем тогда мы здесь живем? Нет, ты не думай, что я против твоих родителей, они славные… Просто такая жизнь – действительно не для меня.
– Я же тебе говорил: мы здесь ненадолго.
– Ты уже давно так говоришь. А мы торчим здесь, и ничего не меняется.
– Я решаю вопросы. Все не так просто.
– Ты каждый день мотаешься в Брянск, а меня оставляешь здесь. Мне скучно.
– Потерпи еще немножко, милая. Попроси папу, чтобы он показал тебе свою библиотеку.
– Библиотеку? – Лина фыркнула. – Вот моя библиотека, – она показала на компьютер. – Там есть все, что душе угодно. Только надоело все.
– У папы особенная библиотека. Попроси. Тебе понравится.
– Николай Андреевич, Юра велел, чтобы вы показали мне вашу библиотеку, – сказала Лина.
– Прямо так и повелел? – уточнил ехидный старикан.
– Прямо так.
– Ну ладно, покажу. Что ж не показать? Пойдем.
