- Марк Васильевич? – Без резких движений тронула его в плечо. Ноль реакции.
С бешено стучащим сердцем приложила пальцы к шее – пульс бился.
Перед самым столкновением он пытался дотянуться до меня, то есть, его рука как раз оказалась между головой и подушкой безопасности. Ему досталось гораздо больше, чем мне.
Страх и безысходность начинали сковывать полностью, почти в отчаянии и прокричала в самое ухо:
- Марк!!! Да очнись ты наконец!!!
В ответ тишина. По-моему, я начала плакать. Отстегнула треклятый ремень и со всей дури залепила боссу пощечину. Его голова дёрнулась от удара. Послышалось невнятное мычание, но вроде он начал приходить в себя.
- Марк! Очнулся?
- Сеня? Ты меня ударила? – Его голос казался карканьем.
- Извините, - дрожащим голосом произнесла я, - мы тонем.
- Ты плачешь?
- И что?!
Марк отстегнул ремень безопасности, морщась оглянулся.
- Как мы выберемся отсюда? – Я со всех сил пыталась подавить истерику.
- Откроем двери и выплывем.
- Они не открываются, я пробовала.
- Надо подождать, когда вода почти полностью заполнит машину.
- Не надо нам этого ждать, - кажется, истерика всё же начала подкрадываться, - мы же утонем! Вода попадёт нам в лёгкие, мы перестанем дышать и в агонии утонем вместе с Вилли в грязной реке!!!
- Вилли?
- Майбах, он утонет вместе с нами, а я за ним так ухаживала. Его теперь вообще не спасти! – Из глаз катились огромные слёзы, в горле першило, не знаю, какие силы не позволяли мне сорваться в откровенные рыдания, - там Костик на дороге, с ним что будет? Он просил передать что-то Айрин… О, господи! Моя смерть подкосит Айрин?! Она же до конца жизни не придёт в себя, а у неё скоро день рождения, я подарок не купила…
Я продолжала что-то истерично бормотать. Меня ужасала та мысль, что я погибну, столько всего не сделав. Зачем я откладывала столько замечательных вещей на потом? Я даже на море никогда не была, а так хотелось: увидеть море. И, чтобы там обязательно были горы.
- Сеня, Сень, успокойся, - Марк слегка встряхнул меня за плечи.
- Я дяде Мойше обещала ремонт днища оплатить…
- Так, Сеня, быстро возьми себя в руки, - Марк встряхнул уже сильнее, несмотря на то, как ему самому досталось, даже зубы клацнули. Уж сильно морщился от боли, - мы ждём, когда машину затопит. И делаем это спокойно и без истерик.
- Ты с ума сошёл?! Мы же утонем!!!
- Подбирай тон, я – всё ещё твой начальник. Мы сейчас не сможем открыть дверь из-за разницы в давлении. Когда в машине будет много воды, давление выровняется, и мы сможем выбраться наружу. Поняла?
- Нет! Ты хоть представляешь, как мучительна смерть при утоплении?
- Да дыши же ты! Я не позволю тебе утонуть, слышишь?
- Ты не можешь это контролировать, - зубы начали стучать.
- Если не успокоишься, я тебя уволю.
- Да пожалуйста! В гробу я вертела такую работу, знаешь ли!
- На берегу я тебе это припомню.
- Если мы не утонем, - громко всхлипнула я.
- Давай договоримся: ты сейчас успокаиваешься, а я оплачиваю ремонт днища дяде Мойше, идёт? – Марк держал моё лицо в своих ладонях и заглядывал в глаза.
- И санаторий тёте Любе, - шмыгнула носом в последний раз.
- И санаторий тёте Любе.
Он ещё всматривался в моё лицо, но заметил, что я немного успокоилась и взяла себя в руки. Хотя, это только видимость. Сейчас мне уже казалось, что в машине с появлением воды, которая была уже по колено, заканчивался воздух. Это было нелогично, я это понимала, но страх заставлял остро реагировать на самые разные предположения о моей возможной кончине этим вечером. Приборная панель Вилли ещё некоторое время подсвечивалась от того, что ключи всё ещё оставались в замке зажигания. Но, вот бортовой компьютер моргнул в последний раз, и обычная темнота стала вовсе кромешной.
- Ты опять истеришь?
- Вилли жалко, - всхлипнула носом, - утопленника практически невозможно восстановить. Вода будет в таких местах, куда совсем не добраться, кузов начнёт ржаветь, повсюду плесень, проводка будет оставлять лучшего.
- Ты точно хочешь становиться педиатром? Может, лучше, в автомеханики?
На секунду отвлеклась от похорон Вилли. Никто не знал, что я хотела стать именно педиатром. То есть, все знали, что я хотела быть врачом, но насчёт педиатра было написано лишь в моём сопроводительном письме при поступлении. Откуда Марк об этом узнал?
- Так, Сень, готовься. Сними пиджак, - Марк снимал ботинки, и я последовала его примеру.
- Вот и пришла твоя судьба, - злорадно пробормотала я, отбрасывая ненавистную водительскую кепку в сторону.
- А мне она нравилась, - улыбка босса в этой ситуации была настолько же неуместна, как джаз-концерт на отпевании.
Достала из пиджака послание Айрин и засунул в задний карман брюк. Воды уже было выше пояса, пришлось привстать, чтобы засунуть его в карман, который, ожидаемо, промок насквозь.
- Там что-то настолько важное?
- Послание для Айрин.
- Так, значит, она существует?
- Ну конечно, стала бы я врать насчёт друзей?
- Приготовься. Набери в лёгкие побольше воздуха и не паникуй. Открывай дверь и сразу же плыви наверх.
