Бросила взгляд на напряжённую спину. Марк тогда, в ресторане, просто молча ушёл. Он даже не сказал, куда ехать, поэтому я просто привезла его в офис. Все звонки и сообщения он игнорировал, он вообще сейчас больше напоминал робота. Нежели живого человека. И да, я действительно беспокоилась о нём. У нас была близость, но вряд ли нас можно назвать близкими людьми. Я не знала, как вести себя в этой ситуации: достучаться или дать остаться одному?
- Знаешь, что самое отвратительное в этой ситуации? – впервые за долгое время раздался его голос, - что это кто-то свой. Если кто-то затаил такую злобу на меня, почему он оставался здесь всё это время? Ничего более подлого и низкого не встречал.
- Дядя Мойша говорит, - я рискнула подойти к Архарову поближе, присела на краешек стола рядом с его креслом, - что люди делятся на два типа: хороши, которые не знают, что они плохиши, и плохиши, которые думают, что они хороши.
Архаров наконец посмотрел на меня, чуть заломив бровь.
- Я имею ввиду, что вы всё-таки упустили самое главное: зачем это кому-то нужно? Может, на самом деле есть какой-то плохиш, который думает, что сделав то, что он сделал, он поступил правильно?
- У дяди Мойши не бывает хороших людей? В девелопменте, да и в любом бизнесе есть понятие о рентабельности. Искать твоего плохиша было нерентабельно, но, кажется, я ошибся, и зря не прислушался к тебе.
- Классическая ошибка новичка. Со стороны всегда виднее, - я пожала плечами.
Архаров резко крутанулся ко мне, и буквально через мгновение я оказалась сидящей на его коленях.
- Мы сейчас на «ты» или на «вы»?
- Наплевать, - прошептал он мне в губы, - хочу забыть обо всём. С тобой я обо всём забываю.
Я ощущала его жгучее дыхание, и неожиданно тепло его груб накрыло мои. Как будто впервые, меня унесло куда-то далеко отсюда. Марк со всей нежностью изучал мои губы, постепенно углубляясь, погружаясь в меня. К этому я никогда не смогу привыкнуть.
Он всегда влиял на моё тело каким-то диким образом, я каждый раз теряла над собой контроль. Сидеть боком к нему было неудобно, я развернулась всем корпусом на нём. И уж совсем бесстыдно и неконтролируемо начала ёрзать в такт ему.
- Есения, - хрипло выдохнул он, - что же ты делаешь?
Марк поднял меня и посадил на стол, не разрывая поцелуя.
- Где же ты была всё это время…
Эти слова оказались ушатом холодной воды. Что я творю, идиотка? Кто потом моё сердце лечить будет? У всех домов не хватит запасов вина и шоколада, чтобы мне излечиться потом от Архарова.
- Что случилось?
- Ничего, - поспешно спрыгнула со стола, приводя в порядок костюм и заправляя выбившееся пряди из пучка, - извините, то есть, извини. Но не думаю, что это правильно… ну, здесь, и вообще…
Лицо пылало от возбуждения и стыда. Даже, по-моему, от сожаления.
Во даю. Я сейчас была готова голову себе открутить из-за того, сама себя лишила Архарова, но, с другой стороны, невероятно гордилась собой.
Я больше, чем уверена, на моём лице отображались все эмоции. Мне все об этом говорили. Вот и Архаров вглядывался в меня, а после, кивнув своим мыслям, просто обнял. Вот так просто, но очень крепко, я почти потерялась в этих объятиях и в его руках. Было некое разительное отличие от того, что мы делали пару минут назад. Настолько сильное, что в носу слегка защипало. Почему Архаров не такой, как думает о нём Айрин? Было бы проще, если бы он тем самым плохишом и не обнимал так, будто укрывает от всего мира.
К Марку сегодня весь оставшийся день ломились люди, но он не принимал. Уже и офис опустел, а мы сидели и ковырялись в китайской еде. Мне пришлось много сил потратить, чтобы, наконец, убедить босса поесть. Даже Илья удивился, когда в приёмной появился курьер из доставки. Ужин прошёл втроём и в полной тишине.
- Илья, на сегодня можешь быть свободен, - Сказал Архаров, когда мы выходили из офиса.
- Понял, - беспрекословно кивнул Илья и, кидая на меня задумчивые взгляды, провёл нас до машины, - насколько всё плохо? – Наконец, решился спросить он, когда босс садился в машину.
- Пока рано судить. Всё только начинается.
Даже представить сложно, чем именно это аукнется Архарову. Из того, что я услышала, его акции уже стремительно летят вниз. Я без понятия, какой убыток начал терпеть Архаров, тем более в масштабе его империи, но то, что у него будто руки опустились, уже говорило само за себя.
- Куда едем?
- Куда угодно, только не домой.
- Ну, раз мне отдали борозды правления, провезу вас по пути восстановления, - слегка задорно выехала с подземной парковки.
- Что, простите?
- Говорю, я вас похищаю на эту ночь. То есть, не на всю, а на пару часов.
- Вы не можете меня похитить, - он усмехнулся.
- Я уже это сделала. И ещё – сегодня у нас будет музыка.
Как можно утихомирить печаль? Правильно, мороженным. Я привезла Архарова в своё любимое место, где небольшая парковка скрыта от глаз густым кустарником, но перед ней открывается изумительный вид на ночную реку и огни города.
Мы развалились на капоте и поедали маленькими ложечками мороженое в стаканчиках. Точнее, я развалилась, а Марк сидел с идеальной осанкой.
