- Я и не воровала, у меня ничего нет! – с радостью сообщила ему Ульяна и даже показала руки, – Видишь, ничего нет! – Эдвард только кивнул головой, соглашаясь с таким доводом, не видя никакого смысла спорить, но почему-то его собеседница способна генерировать продолжение темы даже из столь логичного завершения. Выхватив у него и вовсе всю тарелку со словами, что сейчас все будет, рыжим метеором унеслась куда-то сквозь забитый пионерами зал в направлении кухни, оставив самого Эдварда осмысливать только что произошедшее с вилкой, так и не донесенной до рта. Действительно восхитительное начало обеда, не успел и глазом моргнуть, как оказался и без котлеты, и без гарнира. Положив вилку на стол, уже собирался отправиться на поиски этой ходячей проблемы, как Ульяна сама снова появилась в поле видимости, торопясь к нему с искренне довольным видом и полной тарелкой в руках. Окончательно ничего не понимая, Эдвард дождался, когда же сама к нему подойдет и поставит перед ним добычу в виде полной порции пюре и новой большой котлеты.
- Вот тебе котлета, голодающий Поволжья! – рассмеялась девчонка и стартовала с места быстрее, чем Эдвард успел произнести слова благодарности. Кажется, в ней проснулось то ли чувство совести, то ли товарищества, какое просто должно активно культивироваться в подобных местах, но для Эдварда доверие к людям было вещью, какое стоит допускать в себе только в самых крайних случаях, а потому осторожно подцепил котлету, рассчитывая на то, что там наверняка скрыта какая-то каверза. И действительно, стоило только приподнять этот кусок жареного фарша, как из-под него показалась большая многоножка с длинными усами, успевшая обжечься о горячее мясо, а потому столь нетерпеливая. Почувствовав свободу, насекомое устремилось на волю, почему-то выбрав путь в сторону Эдварда.
С подобными созданиями он никогда раньше не имел дел, зато привык к похожим созданиям в собственном мире, опасным и ядовитым, где практически каждое живое существо выживало за счет гибели других, охотясь и убивая свою добычу. Рефлексы сработали прежде, чем сознание сообразило, что Ульяна вряд ли бы стала подсовывать в его тарелку ядовитую тварь, столь жестокие розыгрыши явно не для столь наивного создания, и Эдвард, увидев, как многоножка устремилась к нему, сразу же перевернул стол, создавая между ней и собой хоть какое-то препятствие. Естественно, все стоявшее там в тот же миг оказалось на полу с громким дребезгом и звуком разбивающейся посуды.
- Какого черта! – рявкнул Эдвард, приходя в себя. Естественно, вся столовая в этот момент смотрела на него, но оправдываться сейчас он не собирался, наоборот, оглянулся в поисках виновника произошедшего. Ульяна, готовая к подобному повороту событий, к этому моменту уже стояла в дверях столовой, откуда отлично видно все место происшествия, заливаясь радостным смехом. Ругнувшись, Эдвард попытался подойти к ней, но как только сделал шаг в ее направлении, девчонку как ветром сдуло, только махнули яркие рыжие косички. Может быть, в другое время и в другой ситуации он мог простить подобную шутку над собой, но какие-то рамки знать все же необходимо, не мешает этому научить и Ульяну, только за сегодня уже дважды над ним подшутившую. Первый раз не стал обращать внимания, но до третьего доводить точно не следовало, и бросился за ней, рассчитывая перехватить ее прежде, чем скроется из виду.
Ульяна долго практиковалось в беге, особенно в побегах от невольных участников ее розыгрышей, и с самого начала взяла хорошую скорость, Эдвард только успевал замечать маячившую впереди рыжую шевелюру, а вот его самого подводила местная атмосфера, перенасыщенная кислородом. К ней можно быстро привыкнуть, но все же в глазах очень быстро встала все та же красноватая дымка, свидетельствовавшая о переизбытке кислорода в крови, но и отставать не собирался, действуя по привычке, через силу и на пределе собственных возможностей. За каких-то несколько секунд они снова пробежали через площадь, где Ульяна выбрала тот же путь, каким с Алисой возвращались из леса, и сейчас она явно направлялась туда же. Эдвард мысленно ругался на чем свет стоит, понимая, что поддавшись Ульяне и бросившись в погоню, снова окажется за пределами периметра, пусть даже здесь никто и не занимался его охраной, а главное, из-за него девушка тоже окажется за пределами лагеря, на открытой территории. Такое чувство, что их туда намеренно тянуло, хотя бы ради того, чтобы заставить его понервничать.
Когда уже покидали пределы лагеря, начало сказываться преимущество в росте, собственно, и длине шага, и тренированности, легкие Эдварда, справляясь с перегрузкой, работали в размеренном темпе, и уже на опушке леса начал сокращать расстояние между ними, взяв ровный темп и догоняя Ульянку, слишком быстро стартовавшую и не сохранившую сил на длительную пробежку.
