- Собираюсь, – кивнул в ответ, – Все еще у себя? – Виола кивнула в ответ, усмехнувшись, и Эдвард прошел мимо, благодарно кивнув и оставив на пару с Шуриком выяснять прошедшие события сегодняшнего дня.
Коридоры все равно пустовали даже в разгар рабочего дня, ни количеством персонала, ни количеством больных данная больница явно не была обременена, и шаги Эдварда отдавались тихим эхом под выкрашенным белой побелкой бетонным потолком. Палата, где лежала Лена, сейчас была ярко освещена заглянувшим в окно солнцем, солнечные зайчики играли на постельном белье и покрытом затертым линолеумом полу. Девушка, смяв подушку, сидела на кровати, не обращая внимания на стоявшие на тумбочке рядом с ней тарелки с едой, принесенные, наверное, либо одним из служащих местной больницы, либо Виолой.
- Ну, здравствуй, – улыбнулся Эдвард, когда Лена повернула голову в его сторону, – Как ты себя сейчас чувствуешь? И да, это тебе, – он посадил плюшевого мишку рядом с ней, держа его за игрушечную лапу и, покачав ей, добавил пищащим голоском, – Привет, Лена, я плюшевая игрушка! Улыбнись мне, пожалуйста, и придумай имя! Мне без имени скучно! – девушка все-таки улыбнулась, посмотрев на подарок, и Эдвард мысленно поздравил себя с тем, что первая преграда сломана.
- Не стоило, правда, – покачала головой девушка, взяв плюшевого мишку и положив себе на колени, – Эд, ты же не такой, каким хочешь казаться, зачем же тогда ты это делаешь?
- Делаю что? – он присел чуть поближе, погладив Лену по взъерошенным от долгого лежания волосам, пытаясь что-то сделать с ее прической, – И с чего ты взяла, что я не такой? Что-то узнала?
- Я… Мне… Это сложно объяснить, – Лена прижала мишку к груди и отвернулась, пытаясь скрыть собственные эмоции, в каких сейчас и сама не могла разобраться, – я сама сижу и думаю, что же со мной произошло. Это все похоже на какое-то сумасшествие, но почему-то уверена, что все правда. Все настолько убедительно, что нельзя не поверить.
- Тогда поделись, – предложил Эдвард, – Убить ты меня уже пыталась, так почему-бы сейчас не попытаться быть со мной честным? После произошедшего это уже и не шаг назад. Может быть, заодно и расскажешь, что на тебя нашло, раз пыталась закончить жизнь самоубийством.
- Это все очень странно, – покачала головой Лена, – Той ночью, после того как я… – девушка оглянулась на остальных пациентов в палате, скучающих и пытающихся развлечься кто как умеет, от чтения газет до игры в шахматы, и уже более тихим тоном добавила, – ну, после нашего…
- Откровенного разговора, – помог ей Эдвард, и девушка, подобрав подходящее словосочетание, благодарно улыбнулась.
- Да, пусть так. И той ночью я услышала голос… – округлив глаза, посмотрела на Эдварда, – понимаешь, настоящий голос, который говорил со мной. Только, пожалуйста, не говори, что я сумасшедшая, я сама чуть с ума не сошла от страха.
- Потому ты и была такой на следующий день? – вспомнил Эдвард, и она сразу кивнула, соглашаясь.
- Да… я не знаю, правильно ли я делаю, что говорю сейчас тебе все это, но после того, что ты сделал, спасая меня, – Лена снова виновато опустила глаза. Эдвард, успокаивая ее, погладил девушку по плечу, хоть таким образом пытаясь облегчить ее внутренние переживания, что есть рядом, кто может помочь или просто поддержать, – И после того, что я видела… Ты же настолько другой, чем тот, кого я вижу в лагере. И мог себя вести совсем не так… я запуталась…
- Что говорил голос? – направил Эдвард ее снова, – Я верю тебе, точно так же, как знаю, что ты бы не стала убивать себя без крайне веской на то причины. Голос дал тебе эту причину? Или он заставлял тебя?
- Он мне рассказал очень многое, – всхлипнула вдруг Лена, – Я не хотела верить, хотела, чтобы он замолчал, но он продолжал меня преследовать, и шептал прямо в уши. Я не могла отвязаться от него. Рассказывал очень страшные вещи, а стоило закрыть глаза, как я видела все это так, будто сама там нахожусь. Он показал тебя… Ты был в каких-то тяжелых доспехах и гораздо старше, стрелял… в людей… И с тобой были такие же, слушались каждого твоего слова. И убивали… там было столько крови и тел. Я не могла поверить, что это ты, но голос уверял… Я видела, как людей сжигали заживо по твоему приказанию… снова смерть и кровь. Так много, что мне стало страшно. Эд, скажи, ведь это неправда?
- Мне говорить честно или то, что ты хочешь услышать? – вопросом на вопрос ответил Эдвард, и в глазах Лены мелькнул неподдельный страх, а сами они наполнились слезами. Он же только глубоко вздохнул, – Ты сама сказала, что я не похож на остальных. И это действительно так, но гораздо больше, чем можешь даже себе представить. Те места, откуда я родом, гораздо страшнее, чем то, что ты привыкла видеть. И порой, просто для того, чтобы выжить, мне приходилось делать действительно ужасные вещи. Я не горжусь этим и вполне понимаю, что творил, но другого пути у меня не было.
- А это… где ты стрелял в людей, тоже было необходимо? – спросила Лена.
