На аллеях между жилыми домиками света не было нигде, так что логично предположить, что он один из последних бодрствующих в лагере, к тому же без места, где и можно переночевать. И здесь сутки явно меньше ему привычных, поскольку по его внутренним часам, установленных в имплантате, время едва ли было за ранний вечер, спать не хотелось совершенно, но и выбиваться из общего графика здесь не получится, или же уже через пару дней, если, конечно, еще останется здесь, окончательно собьет свой режим сна и начнет терять эффективность.
Треугольный домик Ольги Дмитриевны, почти скрытый кустистыми ветками цветущих деревцев, нашел без особых проблем, и ничего удивительно, что света там тоже не было, квадратное окно рядом с дверью такое же темное и закрытое шторкой, как и все остальные. Пришлось стучать, но, на его счастье, ответ последовал незамедлительно, вожатая не спала, пусть и голос звучал с очень сонливыми нотками.
- И где же ты весь день был? – поинтересовалась вожатая первым делом, как он только вошел внутрь, не став даже свет включать. В темноте можно разглядеть только ее, напустившую на себя максимально недовольный вид, даже уперев руки в бока и явно намереваясь задавить все возможные возражения своим авторитетом старшего, – Пропустил ужин и форму так и не получил…
- Виноват, – кивнул Эдвард, – Приношу свои искренние извинения. Знакомился с окрестностями и несколько увлекся. Готов понести наказание, какое посчитаете необходимым, – спорить с вожатой не было никакого желания, а судя по поведению многих других ее подопечных, серьезным наказание будет вряд ли, иначе бы их опасались и вели себя несколько спокойнее.
- Ладно, хорошо хоть, честно признался, – Ольга Дмитриевна сменила гнев на милость, – С твоим размещением вопрос я пока решила, будешь спать здесь же, на соседней кровати, все равно она пустует.
- Вы сейчас серьезно? – удивился Эдвард, посмотрев на эту комнату так, словно видел ее впервые. Даже если не считать абсурдным сам тот факт, что женщина и мужчина будут долгое время ночевать в одной комнате, то, судя по разбросанным предметам нижнего белья и одежды, личным вещам и различным аксессуарам, расползшихся по всему помещению за ту неделю, что уже шла смена, вожатая явно не привыкла к тому, что у нее есть соседи. Да и никакие нормы этикета и морали не могут допустить подобного, – Неужели здесь нет других свободных мест?
- Нет, – уверенно сказала Ольга Дмитриевна, – лагерь небольшой, а на смену приехало много народа, так что все остальные кровати заняты еще с самого начала. И не волнуйся ты так по этому поводу, никто смеяться не будет, – кажется, она немного не так поняла недовольство Эдварда по данному вопросу, о чем и поспешил ей сообщить, пока еще можно все отрегулировать.
- Ольга Дмитриевна, я бы не сказал, что это позволительно, когда женщина и мужчина живут в одном помещении, – попытался объяснить ситуацию без интимных моментов, искренне недоумевая, как вожатая сама не могла додуматься до столь простых вещей, – Может возникнуть… множество неудобных для нас обоих ситуаций… – в принципе, у него дома две недели, проведенные под одной крышей, уже довольно веский повод жениться, дабы не возникало общественного порицания. Неужели здесь все настолько плохо?
- Ладно тебе, – отмахнулась вожатая, окончательно введя Эдварда в состояние ступора, – Все равно других свободных мест нет, придется и мне потесниться. Ты не волнуйся, будешь как дома, да и все равно я здесь редко появляюсь, – это уже справедливое замечание, большую часть светлого времени суток вожатая наверняка находилась на территории пионерлагеря, занятая поиском провинившихся пионеров и раздачей порицаний и нареканий, но все равно это не меняло основной сути.
- Твоя кровать левая, – указала она на недавно застеленную и уложенную металлическую кровать, – Тебя весь день не было, поэтому пришлось попросить Электроника, чтобы принес матрац и постельное белье, – заметила Ольга Дмитриевна, но Эдвард правильно понял намек и сразу же добавил, что завтра обязательно отблагодарит своего товарища за помощь. Удовлетворенно кивнув, вожатая еще добавила, – Так и должен поступать настоящий пионер, помогать товарищам. Ты же хочешь стать настоящим пионером?
Становиться пионером у Эдварда не было никого желания, превращаться в часть системы не собирался, но во избежание продолжения этого бесполезного спора просто кивнул головой, уже убедившись, что Ольгу Дмитриевну, если заняла нужную ей позицию, сдвинуть может только прямое попадание артиллерийского снаряда.
- Вот и хорошо. А теперь спать, – она указала на кровать, – Завтра вставать рано, дел много, а мы все еще на ногах.
