— Не может быть, — чуть не вместе произнесли друзья, и Валерий непроизвольно нажал на газ.
Лера, погуляв по Москве, к вечеру решила пойти к Мареку, надеясь, что он уже дома. Она решила никогда больше не разговаривать с отцом, не общаться с ним.
— Жили без него, и ещё проживём. Хотя бы ради уважения к женщине, приехал бы один. Пообщался с ней. Узнал, сколько выпало на её долю. А мне тоже досталось из-за этой папки. А ему мы не интересны. Только увидел и сразу, на тебе — это моя жена.
Ей надоело сидеть на лестничной площадке, и она решила узнать у отца Марека, приходил ли он вообще домой. Лера позвонила в дверь Геры. Дверь открылась, и она увидела перед собой отёкшего, видно от употребления длительное время алкоголя, растрёпанного Геру. Лера его видела всегда опрятным, хорошо одетым, но сейчас его вид обескуражил её настолько, что она забыла его имя. Так и стояла, с удивлением глядя на него.
После несколько секунд молчания Гера резко схватил девушку за руку и потащил в комнату.
— Что вы делаете? Я просто хотела спросить, не у вас ли Марек?
Гера отпустил её руку, и Лера упала в глубокое кресло.
— Марека? Ещё и сына моего вам подавай. Мало меня?
— Вы не в себе, вам плохо?
— Мне плохо! Мне давно уже плохо, — Гера коршуном с безумными глазами навис над девушкой.
— Можно я пойду? — Лера не на шутку испугалась.
— Пойдёшь, пойдёшь, Только ты мне сейчас же расскажешь, зачем тебе мой сын? Это он тебя подослал?
— Кто? — Лера ничего не понимала, но испугалась, видя безумство Геры.
— Кто? Юрий Иванович Колосов, дед твой, мною убиенный, — прошипел Гера.
Вдруг, ему показалось, что из-за его спины появились руки Юрки, которые схватили мёртвой схваткой его за горло и с тали душить. Гера держал никому невидимые руки Юры и старался отвести их от своей шеи, но Юрка своими цепкими пальцами так сильно сжимал её, что Гера сильно закашлял от нехватки воздуха, освобождая видимые только ему руки Юрия.
Пока он крутился по комнате в непонятном ей безумном танце, Лера осторожно встала и побежала к входной двери. Она пыталась её открыть, но ей это не удавалось. Она стала стучать по двери, хотела крикнуть, позвать на помощь, но не успела. Гера, выбежав из комнаты, схватил девушку за руки, заломил ей руки за спину и стянул их скотчем. Повернув её к себе лицом, он заклеил ей этим же скотчем рот и толкнул в ванную. Лера упала на мягкий пушистый ковёр, лежащий посередине большой комфортабельной ванной комнаты. Гера выключил свет и закрыл дверь ванной на ключ.
Вскоре Лера услышала, что кто-то звонит в дверь квартиры. Видно, Гера открыл дверь, потому, что Лера услышала голос Марека.
— Отец, что у тебя случилось? Тебе плохо? Давай вызову скорую, — беспокойно спрашивал он.
Гера отрицательно замотал головой, подумав, — странно, почему он никогда не называл меня папой? А только отец, отец…, — но вслух произнёс, — мне ничего не надо, я справлюсь сам, — Гера хотел закрыть дверь, но Марек остановил его.
— А ты не знаешь, Лерка ко мне не заходила?
— Какая ещё Лерка? — Гера старался ответить как можно безразличнее.
— Понятно, отец, может всё-таки скорую?
— Иди, мне надо отдохнуть, — Гера закрыл дверь перед самым носом у сына.
Марек, постояв в нерешительности некоторое время на лестничной площадке, решил вернуться в квартиру Валерия.
Лера, услышав звонок, пыталась кричать, но из-за скотча у неё получались, какие-то тихие звуки наподобие мычания. Она попыталась встать и подойти к двери, но из-за темноты, потеряла ориентиры и натыкалась на какие-то шкафчики или ещё что-то. Послышался грохот разбитого стекла, она поскользнулась и упала, ударившись головой о край ванны или раковины. Лера потеряла сознание.
Гера прошёл в гостиную. Достав из бара коньяк, он запил им горсть каких-то таблеток прямо из бутылки. На мгновение, почувствовав облегчение, он упал в кресло и закрыл глаза. Сколько прошло времени, он не помнил. Очнулся он того, что кто-то тряс его за плечи.
Мы, ругая недобрыми словами вечные московские пробки, наконец, добрались до дома Марека и Геры. Встревоженные и возбуждённые неизвестностью, поднялись в квартиру Марека.
— Твой отец дома? — с порога спросил его Валерий.
— Он дома, но плохо себя чувствует, — Валерий стал нажимать на кнопку звонка соседней квартиры, но движения там не наблюдалось.
— Сейчас, я запасные ключи принесу, — через минуту мы все были в квартире Геры.
Услышав, какой-то шум и возню в ванной, мы ринулись туда. Увидев связанную с окровавленным лицом и всю измазанную от потёкшего макияжа Леру, Лине стало плохо, и она упала в обморок. Марек и Валерий кинулись к плачущей девушке, мы с Машей стали приводить в чувство Лину. Услышав рассказ Леры, Марек кинулся к отцу.
— Отец, папа, очнись! Как ты мог? Как ты мог? — Гера открыл глаза и в пелене непонятного белёсо-серого тумана увидел лицо Марека.
