Отлично бы звучало: «Семья выходит не у всех — но у моих срослось. А что я — от руководителя драмкружка, мама папе не сказала, потому что отбывает этот урод по петушиной статье, и на фиг мне такой отец. А я тем более не сказал, потому что и говорить-то еще не умею и до второго сезона не выучусь».
P.S. С семьей срослось не только у героев: фильм стал дебютом Арсения Робака (Александровича, разумеется), а папа Александр сыграл папу Якута. На дикцию папы по обычаю ворчали, потому что надо ж на что-то ворчать, а больше и не на что.
Деревня дураков решила размножиться и обамериканиться — давний план, известный со времен стендап-губернатора Михаила Евдокимова. «Опендоситься», уточнил бы муж одной из героинь (Дмитрий Куличков), и она (Анна Котова) с ним бы послушно согласилась: опендоситься, чего уж там. Зато солнце и Санта-Барбара.
Тайна успешного опендосивания открыта давно и не нами: родить бэбика в США законным американцем и получить прицепом гражданство по достижении им совершеннолетия. Дольше терпели. Залететь, бабла скопить, визу вырвать, мужикам купить по бейсболке. Мотором движа выступает пучок направленной энергии Зинка (Анастасия Попова), в деле ее буренка-сестра (Котова), панк-толстуха Кира (Мария Осипова) и кадровичка Татьяна (Лина Миримская). Деньги текут путем выноса яиц с птицефабрики (по чуть-чуть, не зарываясь) и производства гаражной водки (тоже по чуть-чуть, не переходя путей кавказским барыгам).
Кино о низовой инициативе селян обычно тягостно, ибо от него за версту разит неореализмом — тяжким духом неудачничества. На хитрую попу искателей счастья там всегда найдется болт жадного губера, злого бандоса, кидалы-москвича и американского закона. Однако волшебная сказка о том, как отрастить себе чудо-крылья и свалить с родины к едрене-фене, допускает и вполне успешный оборот, и девки на своем пути, как Суслик с мультфильма, никого не встретят: ни хорька и ни сову, а лиса офигеет от простодушной наглости. И Москва не съест, и консулы окажутся людьми, только очень болтливыми по части яичного птицеводства (что сущая правда: на фоне британского и немецкого визового гестапо амеры людей без нужды не едят).
Но самое отрадное состоит в том, что написанный давно сценарий сочтен авторами неактуальным и отнесен в 2008 год. В самом деле, найти сегодня четырех вменяемых баб, грезящих мостом «Золотые ворота» и райской жизнью во Флориде, даже в поселке Ливни (переименованном остряками в Бивни) представляется затруднительным. Сценарист и режиссер Василий Сигарев, восемь лет назад запускавший в «Страну ОЗ» волшебный корабль из сказки о Буратино, чтоб унести добрых людей с дикого капитализма туда, где «везде человек человеку надежный товарищ и друг», кажется, поменялся вместе с диким капитализмом. Теперь они с режиссером Стуковым неназойливо маркируют события приметами близких, но ушедших дней: едва заметным портретом Д. А. Медведева в бухгалтерии, толками о директоре Грудинине, который «еще президентом станет», и цыганщиной Петра Налича про «гитар-будуар», популярной в 2008-м не меньше, чем ламбада в 90-м. А вопль отчаяния «И кур у нас они еще будут покупать, и рожать к нам ездить!» с тех пор перестал быть несбыточной утопией.
Сигарев некогда открыл для кино жену свою Яну Троянову[57] («Волчок», «Страна ОЗ», «Ольга»), и она пришлась ко двору, но за годы как будто монополизировала образ горластой народной тетёхи, как Н. В. Мордюкова до нее. Поэтому выдергивание с эпизодических ролей на центр Анастасии Поповой представляется точнейшим ходом Стукова: она отлично везет на себе весь колхоз и многое обещает, типаж востребованный.
Куличков долго и узнаваемо гундосит про пендосов, со скрипом одобряя очередное дитя: Родине солдаты нужны.
Пендосы стоически терпят Куличкова.
Самый черный из них (Исмаил Коне) озадаченно пялится на новорожденную дочь случайной знакомой — нетрудно догадаться почему.
Хорошо, когда авторы своих героев любят — всех до одного.
Такое чувствуется.
Четыре придорожные шмары надумали соскочить со срамного бизнеса и открыть салон. И были тысячекратно биты, кинуты, топтаны и просто облаяны разными джигитами и высокоморальными курвами, но открыли кладовые души и, кажется, приблизились к Замыслу.
Весь некузявый сюжет. Почти без голых девок — чего обычно ждут от такого кино. С матами, как любят говорить люди, отставшие в образовании.
Нехитрая и заведомо угнетающая история уже на четвертой серии набрала три с половиной миллиона просмотров, двадцать шесть рецензий (эта двадцать седьмая, столько не было и рядом даже у горячо обсуждавшегося «Идиота») и обещает стать сериалом года, как «Садовое кольцо» в 2018-м или «Эпидемия» в год спустя. Если по ходу не нарисуется еще что-либо соразмерно прекрасное (а индустрия на подъеме, ждать можно всего).
