Тереховский роман «Немцы» был о том, что страна оккупирована врагом. Что ее управленческий класс — душители, грабители, мучители людей без всякой идеологии, кроме Хапка. Для этого все чиновное сословие в книге носило немецкие фамилии — что являлось формальным объяснением радикального названия и смысла. К секте иноприродных паразитических существ автор, очевидно, причислял и себя — ибо герой Антон Эбергард занимал ту самую должность, в которой Терехов трудился девять лет, постигая дао коррупционных схем и место в них пресс-секретаря одной из префектур Москвы. Антон вел горестную жизнь плута, отщипывая мелкие крохи пиар-бюджетов, и однажды взялся посредничать в заносе больших сумм первой леди города. Бизнес-подход (т. е. возможность озвучить интересное предложение) стоил, помнится, миллион долларов США, которые и канули в закромах мэрши, ибо на желанном месте уже кормилась какая-то ее родня, — а крайним бывшие владельцы назначили плута. И счетчик включили.
Снять это дословно не было никакой возможности: мэр давно снят, эмигрировал и почил, а истории про «вот как было в прежни годы, когда не было свободы», зрителям не нравятся. Есть и сейчас в стране кого пощупать за вымя, но публично такой разговор не прокатит — так что авторы благоразумно перенесли действие в неведомый город Ворошиловск Гвардейской области, говоря языком фильма — «город N в стране на букву Р». Ну, пусть — в конце концов, в том же городе шло действие «Ревизора», а вышло все равно объемненько.
Однако перенос убил заглавную аллегорию: мало ли в стране мест компактного немецкого проживания? Гвардейск этот — может, у них там гнездо? Так что чиновных немцев и семью Эбергарда обрусили почти поголовно — и теперь каждый второй зритель в комментах недоумевает по поводу названия. Киношный Антон, хоть и служит при власти, похож на огородное пугало: ходит в трениках, бейсболке и жеваном пальто шинельного вида, служил в десанте и сыплет латинскими изречениями. У него сложные отношения с матерью, дочерью, хахалями дочери, первой женой, ее сожителем, другом, редактором, сослуживицей и отличные отношения с одним только братом-дебилом, служащим в автосервисе и подозреваемом в маньяцких наклонностях. Когда он вступает в жульнические связи с густой сетью махинаторов и мздоимцев — ни один сценарист не объяснит, как этому клоуну удастся прожить все десять серий и почему всесильный губер, грозный мэр и вся королевская рать не в силах прибить распрыгавшуюся блоху. Поскольку коррупция, честно признаться, неимоверно скучна, для разогрева публики подгоняют маньяка, чокнутых афганских ветеранов и подросшую дочь с оппозиционными задвигами и слабостью на передок (в книге ей одиннадцать лет).
В сухом остатке: бой коррупции в городе N дан нешуточный. Герой то вор, то судья, то фашист, то освободитель, то на «вольво», то на трамвае, то бьет всех женщин, то огребает от всех мужчин, не смотри, что десантник, — словом, сценаристы никак не договорятся меж собой, про что кино и кто из них вообще сценарист (в титрах начала и конца: «Автор сценария и режиссер Стас Иванов», «Авторы сценария Максим Есаулов, Денис Латыпов при участии Юры Сапронова», «Авторы сценария Стас Иванов, Елена Топильская, Денис Латыпов, Максим Есаулов» — Юра Сапронов из списка изъят и перенесен в список продюсеров; и вот эти люди борются у нас с коррупцией, да). Так что весь груз достоверности возложен на исполнителя главной роли Евгения Коряковского, без которого была бы вообще беда, а так вроде и ничего, многоплановый образ. Линии маньяков секутся с коррупционерами, оппозиция с афганцами, бабские дрязги с подростковой ломкой — короче, нелегка ты, жизнь под оккупантами.
Кинематограф, как и было сказано, мельчит большую литературу.
Особенно у нас, в стране на букву Р.
— Взял черного котенка, назвал Коксом.
— Коксом — черного?
— Вообще-то, кокс черный, наркоманы хреновы.
Бытует предвзятое мнение, что фильмы с Петром Федоровым хорошими не бывают. Богат, хорош собою, девочки в угаре — чем и пользуются поверхностные продюсеры «Елок»-«Русалок», которым лишь бы кассу отбить (носителям таких взглядов, ясно, и «Сталинград» с «Перевалом Дятлова» не зашли, а таких много). Чтобы снять заклятие, Федоров сам себе написал, поставил и смонтировал кино, где обратил героя в форменное чучело, на какое ни одна мочалка не позарится. А продюсерами привлек экстремальную тройку Шишкин-Гордеев-Дмитриевская, нацеленную на моральную, а иногда и физическую (побои, увечья, психоз) катастрофу опасного мужчины с последующим перерождением («Сансара», «Кентавр», «Плейлист волонтера»).
И все типа будет хорошо.
И все и впрямь стало хорошо.
