Но многословие ненадолго. Монстры рока и кира снова сцепляются со звездами рэпа и кокса. Девкам движ, старцам кэш.
Странное сочетание искренней симпатии ко вполне человекоподобным существам и желания немедленно засадить им батлом по фейсу, как только они откроют рот, сопровождает весь фильм. Как-то сетевые умельцы склеили по кругу нон-стоп-эпизод, где Штирлиц бьет Холтоффа коньяком по балде, — вот очень хочется именно так.
Режиссер Плечев показал себя умельцем балансировать убогие речи хорошим актерством. Олдскульные Шевченков (Старина) и Степин (Фокстрот) трясут своей стариной на высшем уровне. Кристина Кучеренко (рэперша Орфи) дуплетом с «Моей большой тайной» дает Наталью Негоду-88: секси-крошечку из «Завтра была война» в «Тайне» и крученую оторву маленькую Веру здесь (это высокий уровень, даже если актриса слыхом не слыхала о Негоде). Иван Макаревич с характерным прикусом и карикатурным сходством с папой показал себя асом эксцентрики во «Вне себя» (жаль, что его героя сразу убили), но тяжеловат в драме (жаль, что его героя сразу не убили). Артисту Калюжному не сказали, что нельзя полторы серии ходить с опрокинутым лицом, у отчаяния короткая дистанция. Схема американского мюзикла (звезда звездит и вылетает в никуда, но спасается дружбой с юзаными старцами и их отзывчивыми дочерьми) всяко привлекательней нашей модели «Советская власть бьется с народным любимцем».
Мешает подсмотренная в жизни тотальная разобиженность.
Богатые, успешные, наглые и беззаботные люди яростно хотят, чтоб их кто-то пожалел.
Ну, иди сюда, лапушка. Не плачь.
Все срастется.
Девки дадут, Миша Козырев[38] позвонит.
Взорвешь.
У Гоши был брат, и другой брат, и сестра, и вскоре намечался еще один брат.
Всех их принесли не аисты, а пингвины.
Пингвины мамы — это что-то вроде маминых тараканов. Обитают в мозгу, столь же безвредны и столь же отвратительны. Родив старшенького, вполне себе секси-мама (Александра Урсуляк) узнала о дальнейшем бесплодии, а планы остались — и пингвины нашептали ей раз в год подгонять в гнездо по детдомовскому ребенку. Так у Гоши появился брат Амир, сестра Соня, брат Игорек — но пингвины не унимались, что-то лопотали на своем пингвиньем языке и сверлили маме воспаленный мозг, и она решила взять в дом дефективного Виталика. Неизбежен вопрос, а как к этому отнесся папа, — но папу играет Алексей Агранович, который ко всему на свете относится с флегматичным стоицизмом ослика Иа. «Именно такая херь и должна была произойти, — отпечатано у него на лице кредо ослика. — В мире все по-старому». Папа строительный подрядчик средней руки, и финансово растущие числом дети напрягают его не слишком, а постоянная мельтешня человечков под ногами генетически привычна и располагает к философии еврейского портного: где четыре, там и пять, против пингвинов не попрешь.
Видимо, он любит жену, в семьях такое случается.
Но что в таком случае делать старшему Гоше, девятикласснику с блуждающей порочной ухмылкой Мумий Тролля (Макар Хлебников)? Когда тебя ссылают из комнаты в кухню, потому что дефективному подавай отдельное жилье, сестрица ноет, чтоб освободил ванную, карманных денег лишают за мат в адрес обжоры-братика — иногда нужно выговориться этим самым матом; и Гоша становится стендап-комиком в клубе. Он просто рассказывает про семью, а публика дохнет от восторга (просадка подобных сюжетов часто случается из-за категорически несмешных интермедий — так вот в «Пингвинах» их сочиняли реальные стендаперы).
Это, конечно, многосемейный сериал «Воронины»-«Дятловы», только населенный живыми людьми, а не взбалмошными клоунами телевизионной антрепризы. Ведь если папа с мамой не могут трахнуться оттого, что дом набит разнокалиберными детьми — это совсем не так смешно, как может показаться детям. Особенно не смешно тем, кто бывал в подобной ситуации — а кто ж не бывал. Раньше, при Советах, у нас хоть суббота была законная — и ту отняли, демоны. Просто можно это подать как ржаку, а можно как тяжелую бытовую дурнину, а можно и так, и эдак. Мещанинова — редкий дар! — умеет и так, и эдак (сценарий написан ею с Замзагуль Абдрахмановой).
Парень квасит. Имеет первый успех. Огребает первых звездюлей, когда успех утекает в ютьюб. Пропускает унылую школу. Сваливает из забитого братьями дома. Взрослеет. Книга «Мальчик вырос», которую с волнением читали о себе мальчики, подразумевала под этим процессом только рост пиписки — у многих этим ростом взросление и ограничилось. А этот даже маму простит с ее пингвинами.
