В огромном помещении, уставленном знакомыми механизмами, было ещё темнее — свет фонарика не доставал даже до соседних стен. Благодаря недавним воспоминаниям я знал, что от этого зала шел один-единственный коридор, который должен был привести меня к месту работы отца, прямо к щиту управления ядерными блоками. Вдруг источник вездесущего кровавого зловонья был найден: не смотря под ноги, я пытался разглядеть угрозу впереди, как неожиданно наступил на что-то мягкое, но с твёрдым каркасом. Опустив взгляд, я с ужасом понял, что встал на оторванную ногу в армейском ботинке. Отстранившись от неё, я судорожно начал осматривать пол и нашел себя на поле бойни. Повсюду были разбросаны куски тел и элементы амуниции. Впереди, чуть дальше от меня, ковром лежали гильзы, но ни одного трупа, чем-то отличавшимся от солдат, я не нашел. Стало очевидно, насколько бесполезным был автомат, который трясся в моих слабых руках; стало очевидно, что шансов выжить при встрече с неизвестной угрозой у меня нет. Я паниковал, в истерике вдыхал мерзкий воздух, теряя контроль над собой. Я желал бежать как можно дальше, не желая стать одним из разорванных мертвецов. Но бросать поиски, не узнав судьбу родителей я не мог, поэтому я привёл мысли в порядок и, сняв автомат с предохранителя, я осторожно продолжил путь дальше. Как только я сделал несколько бесшумных шагов, то услышал новые адские крики и стрельбу где-то впереди, на моём пути. Бой продолжался недолго — буквально через несколько мгновений шум прервался также резко, как и начался. Видимо, враг нападал неожиданно и очень быстро справлялся с вооруженными людьми. Собравшись с силами, я переступил через очередной обезображенный труп. Я успел подметить, что количество туловищ не соответствовало малому количеству конечностей, а кровь в некоторых местах будто бы специально была стёрта. Некоторые трупы, которые сохранились лучше других, были слишком бледными и, казалось, даже, что обескровленными…
В целом, мне так и не стало ясно, кто мне противостоял. Судя по увечьям, нанесенным бедным солдатам, это были очень сильные монстры, разрывавшие плоть длинными когтями. Никаких следов обнаружено не было за исключением одного, «яркого» следа — багровых капель крови, шедших будто бы отдельно от остальных широких мазков более светлой —
Переступив границу нового коридора, я не расслышал ничего нового, но в ужасе понял, что мой путь точно совпадал с целой вереницей кровавых сгустков. Рядом показался кровавый след армейского сапога. Сжав рукоятку, я продолжил плавно ступать по бетонному полу. Вдруг я вышел на стеклянный коридор, соединявший два больших блока станции. Я вновь посмотрел на освещенное луной циклопическое здание, казавшиеся теперь храмом сатаны, и невольно вздрогнул. Уверен, будь у тварей чуткое обоняние, они бы уже нашли меня — пот лился с меня градом. Страх и жара изводили меня, но я не рисковал снимать тулуп, зная, что на мороз придется выбираться очень быстро.
Наконец, пройдя дальше в глубь второго помещения, я приблизился к пункту управления третьим энергоблоком. На пути было спокойно, не было слышно и звука, но перед дверьми в главное помещение блока, я услышал тяжелый хрип. Не понимая, чей он, я сильнее сжал автомат и тихо открыл дверь.
Запах крови перешел в жуткую вонь — он смешался со сладким запахом гнили. Если б мог заложить нос, с удовольствием сделал бы это, но из-за страха приходилось держать автомат двумя руками. Вдруг хрип повторился — я обернулся к длинной панели управления с множеством кнопок и рычагов. Под ней сидел неизвестный мне работник станции. Он весь был в крови, а по груди шла глубокая рана, будто лапа какого-то зверя разорвала его плоть. Работник посмотрел на меня и слабо улыбнулся.
— Подойди… — тихо сказал он.
Я поддался его просьбе и приблизился к нему. Работник улыбнулся ещё шире, когда сквозь свет налобного фонарика он сумел разглядеть моё лицо.
— Я узнаю тебя… Ты… сын нашего инженера… — узнал он меня. — Что ты здесь делаешь?
— Ищу его. — ответил я, мучимый надеждой.
Работник с грустью глянул на мои глаза и прохрипел:
— Его уже не найти… Когда… привезли этих… — он посмотрел в сторону ещё одного прохода слева от меня, — …зверей… в медблок… Твой отец и мать были там…
Вдруг он закашлялся, стараясь тем не менее, заглушать звук.
— Потом… эти твари пришли в себя и стали убивать всех на своём пути…
— Откуда их привезли? — вдруг спросил я.
— С очистительной станции… после аварии…
Я тут же вспомнил взрывы и дым, которые потревожили нас во время маленькой экспедиции… и жуткие возгласы, что я слышал в той заваленной пещере…
— Я должен найти их, — не верил я в гибель родных.
— Нет… я видел их смерть, пионер… Монстры почему-то не трогают меня…
Он вновь закашлялся.
— А Ваши раны?
— Случайность… Глупая случайность…
