Останься со мной (ЛП) полностью

— Я думаю, что закричу, если мне придется услышать еще одно «Черт возьми, Мия», — сказала я Зику, и с каждым словом мой голос становился громче, но Зик сидел, потрясенный молниеносным появлением Олли. Олли должен был догадаться. Он должно быть знает Зика с самого приезда сюда. Застонав, я на мгновение уронила голову на руки, прежде чем снова поднять глаза на Зика. — Мне следует пойти? Мне, наверное, пора. Мне нужно его выслушать, верно?

Дверь в мою комнату закрылась за мной, и я увидела Олли, стоящего посреди комнаты со скрещенными на груди руками. Он разжал руки, сделал два шага вперед и схватил меня за подбородок, поднимая мое лицо к своему. Он выдохнул.

— Не делай этого, Мия. Мы сильнее этого.

Я вырвала голову из его хватки и сделала шаг назад.

— Вы были вместе?

Олли покачал головой.

— Что бы ни произошло между ней и мной, это было до тебя.

— Она сказала мне, что ты ее парень, Олли. В настоящем времени. Типа…в данный момент.

— Нет, это не так, Мия. Она бредит. Ты должна мне верить, я ничего к ней не чувствую. Никогда этого не делал и не сделаю. Это всегда только ты.

— А может быть, ты используешь двух девушек? Говоришь им обоим, чтобы они держали свои отношения в секрете на случай, если другая узнает? Потому что, — смех застрял у меня в горле, — это чертовски гениально, Олли. Красавчик.

По его лицу пронеслась буря эмоций, и я мгновенно пожалела о каждом сказанном слове. В глубине души я знала Олли. Он не способен на это.

Обида отразилось в его глазах.

— Ты действительно так низко обо мне думаешь, да? Ты думаешь, я бы сделал что-то подобное?

Покачав головой, я тут же выдавила из себя сожаление.

— Нет. — Я сократила расстояние между нами и переплела свои пальцы с его. — Боже, нет, я не это имела в виду. Я не знаю, что со мной происходит, Олли. Я никогда раньше не чувствовала ничего подобного. Она сказала мне, что она твоя девушка. Потом я вижу вас двоих вместе. Меня от этого тошнит. Объясни мне. Расскажи, что было между вами.

Олли поднес мои руки к своей груди, прижимая их и успокаивая меня. Успокаивая нас.

— Правду?

Я кивнула.

Олли глубоко вздохнул. Его грудь двигалась под моей рукой. Он выдохнул. От нетерпения я съедала себя изнутри.

— Летом здесь были только Мэдди, Алисия, Айзек и я. Она была рядом в то время, когда я принимал лекарства. Она была развлечением, чтобы скоротать время. Я нравился ей, и я воспользовался этим, потому что под действием лекарств я превратился в другого человека. Мне было пофиг на все, не было ни капли гребаной совести. Меня накачали наркотиками, чтобы я забыл, кто я такой. И правда в том, что… — Олли выдохнул, а я задержала дыхание — Я играл с ней. Я знал, как сильно она была увлечена мной, поэтому я трахнул ее.

Олли сделал паузу. Я трижды моргнула. По одному за каждое слово.

«Я. Трахнул. Ее».

— Мия, скажи что-нибудь, — взмолился он.

Я убрала руки с его груди и села на край матраса. Мой желудок скрутило от тошноты, когда эта сцена пронеслась в моей голове. У них не могло быть того, что есть у нас с ним. Это было по-другому. Мы были другими. У меня было свое прошлое, а у Олли — свое. Я подняла глаза и увидела, что он стоит передо мной.

— И что случилось после того, как ты трахнул ее, Олли?

Он присел передо мной на корточки и снял мои руки с колен, потирая большими пальцами мои.

— Мэдди была убеждена, что это нечто большее, чем есть на самом деле. Она стала одержимой, начала преследовать, сеять хаос. В одну минуту с ней все было бы в порядке, а в следующую она схватила бы Алисию за горло, если бы я только посмотрел в ее сторону. А потом после того, как мы выгнали ее из компании, я пришел в свое общежитие и обнаружил, что она лежит голая в моей постели, и я, блядь, потерял самообладание. — Дыхание Олли стало прерывистым, а голос дрожал. — Я схватил ее за шею и вышвырнул вон, прежде чем сломать все, что попалось мне под руку. Каждый предмет мебели. — Олли на мгновение опустил голову, прежде чем снова посмотреть на меня. — Она вызвала столько суматохи в моей жизни из-за одной ночи траха.

Он поднес мою ладонь к своему рту и прижался к ней губами, прогоняя поцелуем все оставшиеся сомнения, прежде чем продолжить.

— В любом случае, Конвей отменила мои лекарства, а Линч посадил в одиночную камеру на две гребаные недели. Абстиненция* была ужасной. А когда я вышел, Мэдди уже не было. *(Прим. Ред.: наркотическая абстиненция, синдром отмены наркотиков или синдром отмены психоактивных веществ).

Олли поднес руку к моей щеке.

— Это правда. Как бы мне ни было неприятно признавать то, как я с ней обращался, но это произошло, Мия.

И я ему поверила.

Я неуверенно выдохнула и кивнула.

Олли упал на колени и устроился между моих ног, положив руки мне на бедра.

— Она сказала мне, что сейчас ей лучше, она принимает лекарства, регулярно встречается с Конвей. Она сказала мне, что сожалеет о случившемся и хочет оставить все в прошлом.