Закрываю дверь ванной комнаты и опускаюсь на пол. Свадьба. Я ещё совершенно не готов, нужно для начала остаться в корпорации, понять, что ждёт меня дальше, а потом уже думать о семье. Но не сейчас. Да и очистить бы сердце, как и душу от всего, чем занимался в отсутствие Лорейн. И я намерен это сделать. Сегодня. Никаких больше мыслей о Шайди Лоу. Никаких фантазий. Только Лорейн и я. Исполню все её мечты и желания.
– Привет, прости, опоздал. На съёмках попросили сделать ещё кадры, – тяжело дыша, врываюсь в кабинет Даррена.
– Добрый день, Рейден, – сухо произносит он, поднимая голову от компьютера.
– Что-то не так? – Подхожу к его столу, вглядываясь в суровое лицо.
– Как мама?
– Нормально. Всё хорошо, – медленно отвечаю.
– Я знаю. Был у неё.
От его слов всё внутри холодеет, и теперь понимаю причину такого тембра и кипящей ярости глаз.
– Интересно выходит, Рейден. Сначала ты высказываешь мне, насколько я слабый в твоих мыслях. Затем нахожу тебя рядом со своей женщиной, решив принести ей выпить. А там выясняется, что ты выдумал ложь, чтобы она тебя отвезла к матери. Но я, по своей глупости, решил заехать, узнать, может быть, помощь понадобиться. Вдруг с ней что-то приключилось, и это может повлиять на твою работу. А мне говорят, что всё хорошо. Тебя у неё нет, никому она не звонила и чувствует себя превосходно, даже работает, и, возможно, ты у себя. Но и там тебя не оказалось. Теперь же я хочу услышать правду. Куда ты ездил с моей Шай, и что между вами происходит? – Встаёт из-за стола и прищуривается, явно желая врезать мне.
Сглатываю, пока лихорадочно ищу правдоподобное объяснение. Но я устал уже оправдываться перед всеми. Задолбался, вечно быть виноватым и ниже их.
Уверенно приподнимаю подбородок и ярость, такая лютая, которая не может подарить больше контроля, вырывается из меня. Она не его. Не. Его. И даже не моя. Но мне ближе, чем ему. Не его!
– Хочешь знать? Так я скажу тебе, Даррен.
Делая глубокий вдох, смотрю в его глаза.
– Ты ей не нужен. Там, на берегу, она поставила мне условие. Довезёт до дома, если ты отвалишь от неё, как и ответит на мои вопросы. Я делал это для тебя, Даррен. И выдумал болезнь матери, чтобы узнать, кто ты для неё.
– Узнал? – Сжимает кулаки от злости.
– Да. Узнал. Никто. Ты её раздражаешь. Ей не нужен мужчина. Он у неё есть. Так и сказала. Она не подпускает к себе никого, потому что тот, с кем она спит, ненавидит, когда до неё дотрагиваются. А если узнает, то будет плохо. Ты ей неинтересен, как мужчина. Она не видит тебя в таком амплуа и никогда не увидит! Ты ей не нужен! Ты для неё никто! Такое же насекомое, как и все мы! Тот, другой, важен! Только он, не ты! Понял? Ты унижаешься, а она смеётся! Потому что не нужен! Она не твоя! – Срываюсь на крик, который отдаётся вибрацией в грудной клетке. И ведь это правда. Он ей никто и никогда не станет ближе, как я. Она никого подпускает, только меня, и тут же отталкивает. А я всё помню, чёрт возьми, три дня мучаюсь и живу через силу, потому что дерьмовые мысли и злость внутри меня. Сейчас же выплёскиваю эту ярость, сводящую с ума. И плохо. Дерьмово от побледневшего лица Даррена, от его резких движений и мутного взгляда.
– Прости, но сказать иначе нельзя. Всё именно так. Между тобой и Шайди Лоу никогда ничего не произойдёт, потому что ты не тот мужчина, которого она выберет. Мне жаль, но лучше так, чем жить иллюзиями и неосуществлёнными планами, – поджимаю губы и запускаю руку в волосы.
– Значит, она с Роксборро, – тихо произносит Даррен, опускаясь на стул.
– И этот вопрос я задал, а она меня бросила. Оставила прямо на дороге, и идти не знал куда. Стоял и не мог понять, откуда в этой девушке столько холода. Почему нет ни одной эмоции. Почему так прочно связана с кем-то, – отворачиваюсь от Даррена и закрываю глаза.
– Тебе следует забыть о ней. Выбросить из головы, потому что это был проигрышный вариант с самого начала. У неё своя жизнь, свои правила, свои законы, которые она не разрушит ради тебя. Да и ты ей не нужен. Посмотри на неё, она на пьедестале. Летает над нами. И разве возможно подняться так высоко? К ней? Нет. Причин, чтобы это делать, не существует. Она отталкивает любое воздействие на неё. Она далеко, слишком далеко, чтобы думать о ней, – с горечью, сжигающей сердце, тихо говорю. Для себя. Не для этого мужчины, который ничего не понимает. Только для себя.
– Ден… ты прости.
Беру себя в руки и, натягивая улыбку, поворачиваюсь к Даррену.
– Бывает, ничего.
– Нет, я приревновал. Намного сильнее, чем с Аароном. Увидел, как ты сидел рядом с ней, о чём-то говорили, и решил разобраться. Бокал – причина, которую выдумал для себя. А потом не поверил в твои слова, затем Тина сказала, что ты уехал с ней, и я подождал немного. Последовал к тебе, решил разыграть сыщика, а ты пытался помочь мне. Чёрт, это неприятно. Почему она выбрала его? Деньги? Так она заработала достаточно, она очень богата. Да, богата благодаря ему. Ему всегда достаётся всё лучшее. Даже она, – он кривится и потирает лицо, словно борясь с эмоциями.
