В течение вечера было несколько сюрпризов, в том числе Роберт объявил, что его свадебным подарком новоиспеченной паре был первоначальный взнос за дом. Как бы это ни удивило и ни осчастливило невесту, ничто не могло сравниться с тем, когда фургон с пончиками от «Mackie's Donut Truck» остановился на пляже рядом с навесом, где проходила свадьба. Глаза Морган расширились от удивления, и она бросилась на смеющегося Оливера, который кружил ее, крепко прижимая к себе.
– Я же говорил, что разберусь с этим, – произнес он, опуская ее обратно на землю.
– Мой герой.
Они поцеловались, и мое сердце забилось сильнее, а потом я бросилась помогать организатору свадьбы раздавать пончики всем гостям.
Было легко чем-то себя занять. Брала я выпивку в баре, присоединялась к групповому линейному танцу, уточняла у организатора свадьбы, что нужно делать дальше, или держала платье Морган в ванной – я вся погрязла в делах. Все внимание было приковано к жениху и невесте, как и положено.
Что было еще лучше, так это то, что было относительно легко избегать Тайлера и Азру. Каждый раз, когда мы случайно оказывались в одном и том же месте на танцплощадке, я меняла местоположение, присоединяясь к другой группе, или вообще уходила. Если они оба были в баре, меня там не было. Если они веселились с новобрачными, то я находилась рядом с организатором или моей тетей.
У меня более или менее получалось.
На часах почти полночь, толпа постепенно начала рассасываться, вернее, гости постарше начали расходиться.
В баре было меньше народу, танцпол тоже поредел, и молодожены смотрели друг на друга так, словно были готовы убежать с вечеринки и побыть наедине.
Я была практически чиста и не получила ни единого душевного шрама той ночью.
Музыкальная группа объявила последнюю медленную песню, и, хотя у меня получалось занимать себя чем-то последние несколько часов, как раз в тот момент я обнаружила, что совершенно ничем не занята. Делать было нечего, сбежать некуда, бар закрывался, а вечер подходил к завершению.
Можно было обвинять все, что угодно – даже свою теперь уже ненужность в качестве подружки невесты, – в том, я сделала дальше. Но, полагаю, это был обычный мазохизм или желание добровольно истязать себя, которое заставило меня стоять в стороне, когда Тайлер вывел Азру в самую середину танцплощадки. Я наблюдала за тем, как она обхватила руками его шею и положила голову ему на грудь, пока они покачивались под мягкую и нежную версию песни «When A Man Loves A Woman».
Азра была одета в шелковое желтое платье в пол, которое красиво подчеркивало ее смуглую кожу. Ею невозможно было не восхищаться. В тот вечер она собрала на себе далеко не одну пару глаз, и даже сейчас, когда вокруг них танцевали другие пары, Азра каким-то образом находилась в центре внимания.
По крайней мере, это была не я.
Большие руки Тайлера лежали на ее обнаженной спине, пока они оба покачивались из стороны в сторону, прижимаясь друг к другу. Азра наклонилась к нему и крепко обняла. На ее губах, накрашенных темно-красной помадой, играла любящая улыбка. В тот момент, когда руки Тайлера лежали на ее талии и бедрах, она была его центром вселенной.
И все же каким-то образом я тоже почувствовала его прикосновение.
Я прикрыла глаза и ощутила его руки на своей талии, на бедрах и то, как его рот накрыл мои губы. Я чувствовала его вкус, чувствовала слабый аромат одеколона, смешанный с его естественным запахом, который всегда опьянял меня. Я переплела пальцы вместе, представляя, что они в его волосах, что губы Тайлера снова на моей шее, а его тело прижималось к моему, жаждая заявить права.
Я пыталась сдержать эмоции, подступившие к горлу, а затем сделала резкий вдох, когда мои глаза внезапно открылись.
Пристальный взгляд Тайлера был прикован ко мне.
То, что я ощутила в тот момент, было необъяснимо. Его темные глаза наблюдали за мной с другого конца зала. Его руки обнимали другую женщину, но взгляд задержался на мне, и каждую каплю силы, которую мне удалось собрать в тот вечер, мигом сдуло, как листья по ветру.
Я больше не могла это выносить.
Это было слишком душераздирающе, слишком
Я почувствовала, как моя нижняя губа задрожала от переполняющих эмоций, которые я едва могла сдерживать. Я отвернулась от Тайлера, прикрыв рот рукой, и стала искать глазами молодоженов, чтобы пожелать им спокойной ночи. Но после быстрого поиска я увидела, что они уже ушли, и это был призыв к тому, чтобы убраться отсюда к черту.
Я побежала мимо тех, кто остался на вечеринке, пробормотав извинения, после чего ринулась между парами и семьями, пока не добралась до выхода. Я остановилась, чтобы наклониться и снять свои туфли на тонком каблуке. Затем, держа их в одной дрожащей руке, другой я приподняла подол своего платья.
