Сражение всё больше напоминало кровавую бойню, в которой как в муравейнике перемешались свои и чужие. Центр по-прежнему стойко и организованно сдерживал натиск, но на флангах где были задействованы вспомогательные силы и последние резервы, царил полный хаос. Клином увязшая на левом крыле, кавалерия Бонвитана пыталась отойти, чтобы перегруппироваться и контратаковать конницу врага, но в неразберихе могла лишь отбиваться от пехоты, которую нещадно бросал на них Виго Разрушитель.
К наступлению вечера оби армии находились весьма в затруднительном положении. Прорванный фронт на отдельных участках имелся и стой и с другой стороны, но залатать бреши уже было, просто не кем.
Изнеможение и тягость нависли над сражением и отражались в лице каждого война. Многие рыцари не в состоянии занести меч для следующего удара, просто стояли ожидая смерти, с шоком глядя на то как те, у кого ещё остались силы, пробираются через горы мертвецов в поисках нового врага, с которым придётся скрестить свой клинок. Резня приближалась к своему трагическому и логическому завершению.
Разрушитель по-прежнему имел численное преимущество, которое, по прошествии дня, становилось решающим фактором на пути к победе.
— Ещё час, максимум полтора и от нашей армии ничего не останется. — С комом в горле произнёс Гай, взглянув как диск солнца, устремился спрятаться за линию горизонта. Ничто, казалось, уже не может спасти положение и, наверное, уже ничто не сможет спасти страну и королеву, когда путь на Гальпу будет открыт.
Но спасение, по своему обыкновению, любит появляться неожиданно. Вдалеке, сначала ели слышно, а через несколько мгновений уже более отчётливо послышался, бронзовый звук труб, который сумел выделиться над лязганьем клинков и воплями умирающих.
— Знакомый звук, но чей же? Наш или врага? — Повторял, раз за разом бывший адмирал, который уже тоже ничего не понимал в происходящем.
Вглядевшись в уже помутневшую от сумерек даль Агилар заметил, что с холмов к полю битвы спешат новые полки. Свежие сотни воинов, как молния по ночному небу, появившись из ниоткуда приближались всё ближе и ближе.
— Неужели к Виго прибыло подкрепление?
Прошло ещё несколько минут, и Агилар опустил глаза. — Сейчас, наверное, уже можно разглядеть к кому прибыло подкрепление, но где набраться мужества, чтобы увидеть это.
— Мамлюк! — С восторгом выкрикнул он, когда всё-таки решился посмотреть в ту сторону.
Моряки из его родного лагеря, пешим строем спешили на помощь. Агилар никогда бы не ошибся. Особое построение, которое на флоте называлось трёхлинейным, чёрно-синие корабельные костюмы и специальная манера вешать через плечо боевое оружие, всё это были признаки штурмовых бригад военно-морского флота Бонвитана, из лагеря Мамлюк.
— Моряки, вперёд! — Кричал он через решётку, даже не рассчитывая, что его кто-то в этом кромешном аду, услышит. Невообразимую гордость испытал Гай в тот момент, за своих братьев по оружию. И в тоже время невообразимую боль, что он не может, сейчас быть с ними рядом.
События, происходившие далее, развивались настолько стремительно, что только истинные полководцы способны были дать оценку в этой сумбурной обстановке.
Виго Разрушитель не дожидаясь столкновения начал отводить свои войска с позиций. Моряков было порядка пятисот, но это были свежие силы, и даже если бы армии Геммы и Рока в конечном итоге перебили и этот отряд, то на замок наступать было бы уже не кем.
Возведя заслон из щитов, неприятель отступал, рассчитывая, что кавалерия Бонвитана слишком истощена и ослаблена, чтобы преследовать отход.
Армия королевы действительно была не в состоянии атаковать. Рыцари Гальпы просто плелись следом за войсками Разрушителя, чтобы убедится, что они всё-таки уходят. На отдельных участках подобная картина напоминала пьяную пирушку, когда сердобольные хозяева отправились провожать хмельных гостей, до дома. Ликования среди победителей особо не было. Может от того что для этого не осталось сил, а может потому что Виго увёл с собой добрую часть армии. Битва была выиграна, но война продолжалась.
Картина через окно узилища сменилась. Всё действие сместилось в противоположную сторону от холмов, и Гай остался один на один с мертвецами, разбросанными по полю. По счастью, в полумраке, который уже завладел окрестностями, всей жути и мерзости было не видно.
Агилар уже хотел сказать проныре, что всё закончилось и можно вылезать, но вдруг с наружи отчётливо услышал шаги и хрипение лошади.
— Кто здесь? — Бывший адмирал уже не знал чего ожидать.
Ещё несколько шагов и в окне освещённое факелом появилось лицо мужчины. Он был в камзоле дворцовой стражи Гералона, но визит его Гая совсем не обрадовал, когда он разглядел повязку на глазу, своего позднего гостя. Это был тот самый тюремщик, из подчинённых командира городской стражи Одли Этвуда, что когда-то доставил Агилара в эту тюрьму.
— Привет, скучал по мне? — Оскалился одноглазый.
Судя по его свежему виду и довольному настроению, тюремщик в битве не участвовал, и прибыл сюда специально за Агиларом.
