После избиения прекратились.
Знакомые хотели узнать, что случилось между мной и Колей, почему мы не общаемся. Я говорил, что разошлись характерами. Что говорил Коля, я не знал. Но я видел, как иногда он смотрит на меня, как-то жалостливо, будто хочет что-то сказать.
Я игнорировал. Должен был игнорировать.
Иногда было настолько херово, что я выходил из класса, прятался где-то по углам школы, переживая отвращение к себе. Тогда особенно тяжело давалось дышать. Я даже подумал, что у меня начались проблемы с лёгкими.
А на деле проблемы были в другом. И для меня они закончились, когда мы переехали.
Я был этому рад.
Комментарий к 35.
Вадим – https://c.radikal.ru/c24/1912/f0/436ecf63a6da.png
========== 36. Среда-воскресенье, 10-14.07 ==========
Это было ужасно.
Лёжа на кровати, я перебираю отрывки: я ору на улице, прохожий спрашивает, что случилось. А я не отвечаю. Голос хрипит, горло дерёт, глаза режет. За секунду я умолкаю: не кричу, не дышу, не чувствую слёз. И всё будто не наяву: люди, которые смотрят на меня, которые проходят мимо, мужчина, который спрашивает, что произошло, пара человек, которые стоят рядом и проявляют беспокойство, и небо. Ярко-голубое. Как море на фотографиях с кучей лайков в «Инстаграме». Нереальное. Далёкое. И близкое.
Я спрятался в комнате, когда вернулся домой. Если бы мне не сказали, я бы оставил бэху. Хотел тихо поставить её у стены, но не удержал. Она опять упала, ударилась рулём о стену и сползла на пол. Я не мог её поймать. Смотрел и думал, как у меня пересохли глаза и горло. Как я хочу пить и как сильно я хочу спать.
Проснулся с сушняком. Выпил литр воды, который не помог, и вернулся в кровать. Когда устал лежать на животе, перевернулся на спину. И продолжал. Не ощущая никаких мыслей в голове. Не ощущая потребности думать и что-то мыслить.
Хотел проверить сообщение от Стаса, но только взял телефон.
Дальше дело не пошло.
Может, его стоило поставить на зарядку, я не помнил, где она и нужна ли, но потом телефон завибрировал.
Я отвечаю, несмотря на экран.
— Привет, — Андрей.
Я открываю рот и чувствую, что горло саднит. Натужно прокашливаюсь, держа руку на горле, будто это облегчит раздражение, и говорю то, о чём не задумался, когда увидел Колю:
— Ты ему сказал.
— Извини.
Теперь понятно, почему Андрей так звучал. Он узнавал это для Коли. Они пересеклись. Что тоже нехорошо. Потому что всё уже случилось.
Кажется, усмехаюсь.
Ужасное вчера.
— Ваще похер, — говорю медленно и тихо, так почти не ощущаю боли.
— Вы… поговорили?
— Лучше бы нет.
Тру лицо, разглаживаю впадины между бровями и улавливаю, как трещит череп.
— Ты простыл?
— Лучше бы да, — смеюсь потому, что повторяюсь. — Лучше бы ты не лез.
Хочу положить трубку, но для этого надо оторвать руку от уха, посмотреть на экран и попасть пальцем куда надо. Мне не кажется, что я с этим справлюсь. А ещё я хочу услышать извинение. Ещё одно. Хочу слышать только их.
— Извини, — будто я сказал это вслух.
— Не хочу.
— Извини, — уже со смешком повторяет он. Ему это кажется забавным.
Я почти злюсь, но быстро потухаю.
Пусть веселится, пока может. Потом будет смешно мне.
— Я… хотел помочь, — говорит Андрей. — И я мог. И поэтому я помог ему. А как бы поступил ты?
Вздыхаю.
Моего волнения о Денисе хватило, чтобы показать ответ. «Да». Конечно да.
— Ну и дрянь, — улыбаюсь я.
— Я?
— Нет. Я.
— Я думал, ты меня так обозвал.
— Хочешь за прозвище побиться? За такое? Серьёзно? — я повышаю голос, хочу засмеяться, но начинаю кашлять. — Оставь себе. Я не готов.
День пью чай с мёдом. Родителям ничего не говорю – снова. Снова я обхожу их поддержку стороной и продолжаю держать в голове: как придёт время, как придёт настрой, причина, как сумею, так расскажу. Может, не всё. Но что-нибудь точно. Почему так часто ухожу в себя, почему сорвал голос, почему прячусь от них. Почему со мной происходит то, что происходит.
Ведь у всего есть причина. Они знают, я не просто так веду себя подобным образом. И я благодарен родителям за то, что они дают мне это. За то, что у меня могут быть секреты. За то, что я могу чувствовать всё это. Пусть в одного, пусть это что-то тяжёлое, но оно есть у меня.
***
Денис ещё отвечает на сообщения. Но с опозданием.
Стас отвечает ночью или поутру.
Завтра в суд 18.59
Мои поздравления 6.10
В первый раз 6.10
! 6.10
Отметим, как приедешь 6.10
Жду от тебя перформанс 7.28
Дорогуша 7.28
Обломится тебе за такие слова 7.30
Усёк? 7.30
Да. 7.30
Дорогуша. 7.30
ВСЁ 7.30
ЭТО 7.31
ПОСЛЕДНЯЯ 7.31
КАПЛЯ 7.31
ДОРОГОЙ 7.31
Не пиши мне 7.31
Я буду ждать. 7.32
Аж самого пробивает на слезу.
***
Благодаря моим отказам, с Андреем пересекаемся в суде. Заседание проходит быстро. Приговор: условно осуждён. Назначены часы исправительных работ. Остальное я прослушал.
— Вадим, поедешь с нами? — спрашивает мама на улице.
— Нет. Я тут кое с кем встречусь… — увиливать и врать хорошими варианты не кажутся.
— Ага. Значит, всё-таки девчонка? — подтверждает старик свои представления.
— Ну, типа того, — отмахиваюсь я.
Такую правду я бы не принял.
