Когда мы подбежали к дому, дети Валиссы стояли на улице и плакали.
-- Где мама? - спросила я, тревожно всматриваясь в зареванные личики.
-- Там, - пальцем показала на дом Лина, семилетняя дочь вдовы. - Она нас не пускает. Дверь закрыла.
Дядя Лука разбежался и высадил дверь ударом плеча. Едва не застревая в дверях, мы одновременно попытались войти в дом. Когда мы вбежали на кухню, Валисса уже стояла на табурете с петлей на шее. Забела сразу же вцепилась в табурет, не давая его опрокинуть, а мы с дядей Лукой сняли с нее петлю и помогли спуститься. Она дрожала и плакала, не в силах вымолвить ни слова, в глазах ни искры разума - одна боль. Мы усадили ее на тот же табурет, на котором она только что стояла. Я побежала налить ей сладкий чай - давно известно, что сладкое является отличным успокоительным. Придерживая чашку, я помогла ей сделать несколько глотков. Постепенно дрожь стала проходить, тем не менее, нам удалось уговорить ее выпить еще чашку мятного чая. Забела тем временем гладила ее по голове. Пока мы успокаивали, как могли, мать, дядя Лука ушел на улицу утешать детей.
-- Валисса, дорогая, что же ты надумала-то? - укоризненно покачала Забела головой. - А как же дети?
-- Как они? - всполошилась она. Наконец-то у нее появилось более осмысленное выражение глаз.
-- А как ты думаешь? Сильно напуганы, ты их едва сиротами не оставила, - осуждающе сказала жена старосты. Я не стала вмешиваться в разговор, полагая, что у Забелы лучше получится привести в себя бедную женщину.
-- Рассказала бы, с чего это ты удумала с собой покончить, - поинтересовалась Забела.
-- Эта магичка Маркуса, моего мужа, убила, - прикрывая рот рукой, прорыдала Валисса.
-- Как это? - мы уставились на нее. - Маркус же с перепою умер еще в начале весны. Или у тебя другой муж был?
Валисса смешалась. Забела почувствовала, что здесь кроется какая-то тайна, и теперь хотела ее допытаться. Видя заинтересованность на наших лицах, она решилась:
-- Верена, ты помнишь, к нам приезжал некромант. Он еще у меня останавливался.
-- Конечно, помню, - я улыбнулась, вспомнив моего учителя.
-- Он мне хотел денег за постой и уход дать, да я не взяла. У него и денег-то немного было, - она смущенно улыбнулась. - Тогда он решил помочь мне по хозяйству. Сама знаешь, без мужской руки хозяйство быстро в упадок приходит. Он вызвался протекающую крышу подлатать, только он городской, инструмент в руках, видать никогда не держал. Вот Лутий мне ночью мужа на погосте и поднял. Заклял его по-своему, по-некромантски, чтобы, значит, на людей не нападал да меня беспрекословно слушался.
Мы с Забелой с любопытством и ужасом слушали рассказ вдовы. Теперь стало понятно происхождение неизвестного зомби, проявляющего небывалое миролюбие и героизм. Я даже поймала себя на том, что стою с открытым от удивления ртом. Впрочем, Забела выглядела не лучше.
-- Знаете, - уже спокойнее заметила Валисса, - я мужа таким трезвым со дня свадьбы ни разу не видела. А рукодельник какой оказался: и крышу подлатал, до которой у него уже четыре года руки не доходили, и забор поправил, дрова на всю зиму наколол, сено накосил. С детьми время поиграть нашлось. И за все время ни разу ни меня, ни детей не ударил. Любое требование, любую просьбу выполнял. Не муж, а золото.
-- А как в постели? - жадно спросила Забела.
-- Что в постели? Я что, дура, с покойником спать, - Валисса покрутила у виска пальцем, потом усмехнулась, - Он и при жизни в последнее время в постели от трупа не очень отличался, так что разницу не почувствовала.
-- Что ни говори, зомби в хозяйстве - вещь полезная, - зависть прямо сочилась из уст Забелы.
-- Вот и я так думала, - подтвердила вдова. - А вчера магичка на него наткнулась и давай в него шарами огненными метать. Одним шальным шаром она вам сеновал и подожгла, - она обратилась к жене старосты. - Он, как ни старался, не сумел убежать. Упокоила его, зараза. Как теперь дальше жить? Кому я с детьми нужна?
Я не знала, чем еще помочь Валиссе, и Забела отправила меня домой, уверив, что она останется здесь ночевать.
Не успела я вернуться, надеясь, что, может, сегодня день окончится спокойно, как мои надежды были полностью разрушены двумя новостями: приехали сборщики налогов, и завтра мы с Иллиной приглашены в замок приехавшей невестой Дарка.
Известие о том, что к селу приближается обоз полюдья, принес сам староста Влас. Я как раз уже собиралась закрывать аптеку, мечтая поужинать и пораньше лечь спать. После беспокойной ночи и не менее суматошного дня очень хотелось отдохнуть. Я подсчитала выручку, составила список лекарств, которые собиралась приготовить завтра, и прибрала зал. Когда я подошла запереть дверь, она неожиданно открылась, едва не ударив меня, и в помещение вбежал запыхавшийся староста:
-- Верена, что делать? Сборщики налогов уже близко, - трагически заламывая руки, сказал он/
-- Прежде всего, успокойтесь, - меня уже стало тошнить от этой набившей оскомину фразы. - Что вы волнуетесь? В селе все давно готово к их приезду, мы их ждем. Нечего волноваться, задуманное нами пройдет отлично.
