Видно, это впечатлило и Конни. С таким лицом, словно она только что повстречалась с небольшим зеленым человечком, она запела вступительную тему к сериалу «Зона сумерек». «Дуу-ди-ду-ду, дуу-ди-дуду». Я и раньше слышал это в ее исполнении, но никогда еще она не пробовала подражать Роду Серлингу (как, впрочем, и никому другому).
— Некая Кимберли Диккенз, заводила и королева школьного бала, любящая дочь и верная жена, приплыла на тропический остров на пикник, но вместо этого попала в преисподнюю, населенную первобытными…
— Перестань, — одернула ее Кимберли.
— Эй, да ведь ты хочешь обезглавить человека.
— У тебя с этим какие-то проблемы?
— Не с этим, а с тобой. Я хочу сказать, что ты меня пугаешь. Когда ты завела разговор о снятии головы, пусть даже это голова Уэзли, я подумала, а не поехала ли у тебя крыша.
Кимберли сердито нахмурилась, но лишь пожала плечами.
— Ты, наверное, права. Мне не следовало бы объявлять об этом во всеуслышание. — Она обвела нас взглядом. — Что поделаешь, иногда теряешь над собой контроль. Но крыша у меня на месте. Может быть, немножко расшаталась парочка стропил, но… для волнения нет причин. Я еще в здравом уме.
— Меня саму посетило несколько довольно ужасных мыслей, — промолвила Билли. — О том, что мне хотелось бы сделать с Уэзли. И некоторые из них были намного хуже, чем отсечение головы.
— И меня тоже, — сказал я.
— Ну и я не святая, — призналась Конни и, встретившись глазами с Кимберли, прибавила: — Разница лишь в том, что ты полна решимости претворить их в жизнь.
— Я не знаю, — возразила Кимберли. — Время покажет. — С этими словами она отвернулась и продолжила свой путь.
Мы все тревожно переглянулись.
Кимберли всех нас всполошила.
После этого мы надолго замолчали, и даже Конни перестала ныть.
Должно быть, наше молчание встревожило Кимберли, и, спустя какое-то время, она хмуро взглянула на нас через плечо.
— Да что с вами со всеми? Билли лишь покачала головой.
— Ничего, — ответил я.
— Нет, нет, — подтвердила Конни. — С нами все нормально.
Кимберли повернулась и пошла нам навстречу.
— Да что это вы! Полно, я пошутила. Ладно? Боже! Вы что, разве у меня пена шла изо рта? Да не собираюсь я никому отрезать голову, ясно? Я не это имела в виду. Какая дура, что сказала. А теперь вы все думаете, что я потеряла над собой контроль. Впрочем, если уж на то пошло, что в том плохого, что я хочу отрезать ему голову? Считаете, он этого не заслужил? Разрубить голову отца напополам. Да по мне любое наказание было бы для него слишком мягким. Если нам посчастливится поймать его живьем, с него надо содрать шкуру. Убивать несколько дней, мало-помалу, чтобы орал до хрипоты, умоляя о смерти. Если вы считаете, что отрезать ему голову — это слишком, подождите и увидите, что я с ним сделаю. Он заплатит сполна за убийство папы и Кита. Если думаете, что я сейчас не в себе, просто подождите и увидите. Вы не представляете себе, на что я способна.
Мы все смотрели на нее, разинув рты. Неожиданно она резко взмахнула перед собой рукой, словно отгоняя трио настырных мух.
— Убирайтесь отсюда. Оставьте меня в покое. Я сама позабочусь об Уэзли и Тельме. Не желаю, чтобы вы вертелись под ногами… Все одно от вас никакой пользы. Ни у кого из вас нет мужества взглянуть в лицо реальности, так что с глаз моих долой! Пошли! Убирайтесь отсюда! — Взмахнув рукой еще раз, она резко повернулась на месте и бросилась бежать.
— Не надо! — крикнула ей вслед Билли, — Эй! Погоди!
— А ну ее, — сказала Конни.
— Кимберли! — позвал я. Она бежала, не оглядываясь.
Билли кинулась за нею вдогонку.
— Ма!
У Билли не было ни малейшего шанса догнать Кимберли, так что в погоню включился я. Расстояние между мной и Билли стремительно сокращалось, несмотря на то, что я тащил за собой топор. Но Кимберли была быстрее нас обоих, и дистанция между нами все увеличивалась. А бежала она еще не во всю прыть, это было видно.
Вслед нам неслись раздраженные возгласы Конни:
— Вернитесь, черт побери! Вы что, все рехнулись!
Билли, которая все еще была немного впереди меня, обернулась через плечо.
Я сделал то же самое.
Конни просто стояла на том месте, где мы ее оставили, и до которого теперь было довольно далеко.
Билли остановилась, и мне пришлось увернуться в сторону, чтобы не врезаться в нее.
— Оставь топор, — запыхавшись, произнесла она. — Догони ее. Это… надо ее остановить.
Я выронил топор на песок, после чего побежал со всей скоростью, на которую был способен, выкрикивая на бегу:
— Перестань! Остановись! Мы с тобой! Помедленнее! Ты не сумасшедшая! Пожалуйста! Прекрати бежать! Пожалуйста! Мы хотим пойти с тобой!
Очень помогли мои крики, как же.
Напрасные слова, брошенные на ветер, и я перестал кричать.
Вскоре, однако, я начал ее догонять.
Видимо, она позволила мне немного сократить дистанцию.
Но только не догнать.
Позволила приблизиться к ней на расстояние примерно трех широких шагов, но не ближе.
