Попятилась назад ко второму люку, глядя ему в глаза, видя, как кривится его лицо и сжимаются челюсти. Заорал так громко, что затряслись стены. Отчаянно громко, оглушительно настолько, что я сама зажмурилась и застонала чувствуя, как все разрывается внутри от боли, как от нее жжет все тело, разъедает живьем, и я задыхаюсь от этой пытки. Сама не понимаю, как деру свое горло ногтями, пытаясь унять эту адскую боль.
- Ты обязана жить! Обязанаааа! Ты должна мне жизнь, Найса! Должна! Слышишь?! Должнааааааа…будь я проклят, но ты должна. Мне! Матери моей! Отцу! И еще тридцати…тем, кого я обрек на смерть ради тебя! ТЫ ИМ ДОЛЖНА! Дочке нашей должна! Права у тебя нет умереть!
Спрыгнула вниз, не видя ничего перед собой, шатаясь, как пьяная. Впереди маячит дневной свет, а я… мне кажется, я иду бесконечно долго и в то же время слишком быстро. Трещит рация на поясе, и я слышу его голос, сползая по сырой земляной стене тоннеля, впиваясь дрожащими пальцами в кусок говорящего пластика.
- Вышла?
- Да.
- Лжешь! Вставай и выходи отсюда… я скоро! Давай, Найса! Ради меня. Прошу тебя. Давай же, черт тебя раздери…я уже не чувствую рук, я не смогу! Я не хочу стать одним из них…не хочу, Най! Уходииии!
Рванула к выходу, слепая и немая. Удерживая рацию обеими руками.
- Вышла?
- Да! – всхлипнула и рухнула на колени у ног ожидающих меня на выходе парней.
- Я люблю тебя, Бабочка. П***ц, как я тебя люблю!
- Подожди! Еще немножко! Пару слов! Пожалууууйстаааа!
Рация смолкла. Я трясла ее, сжимая в руках…била ею о землю, кричала, чтоб отозвался, а потом раздался взрыв, и я уткнулась лицом в этот проклятый кусок пластмассы, из которого слышала его голос последний раз, чувствуя, как дрожит все вокруг от взрывной волны. И кто-то воет рядом словно ветер в проводах или кронах деревьев…вой становится громче. Нарастает, перетекая в нечеловеческий крик…и сама не понимаю, что это кричу я его имя.
Меня оттаскивают от тоннеля, а я рвусь обратно, царапаясь и, обезумев, пытаясь вырваться из удерживающих меня рук. Пока не раздался еще один взрыв, и перед моими глазами взметнулось вверх пламя, и комья земли полетели в разные стороны.
В этот же момент включилась сирена на Острове «Д», возвещая о прорыве тварей из-за стены.
ГЛАВА 16. Марана
- Что там случилось? Где все? Где Неон?
Я все еще задыхалась, глядя невидящим взглядом перед собой. Меня шатало из стороны в сторону, и, казалось, я не могу стоять на ногах. Я плохо понимала, что происходит, меня оглушило этим взрывом, и я вообще не чувствовала себя живой. Слышала только голоса сквозь гул в голове и визг сирены. Я знала, что это означает, а они нет. Только мне было все равно. Теперь уже все равно. Пусть этот остров взлетит на воздух или полностью сгорит.
- Мертвы. И Неон в том числе. Теперь отрядом буду командовать я.
Голос Рика то громче, то тише доносится сквозь гул и режет по ушам. Я его слышу и даже понимаю, но не могу сконцентрироваться ни на нем, ни на том, что он говорит. Мне хочется, чтоб они все заткнулись.
- Надо голосовать! Командовать будет тот, кого выберут люди.
Рик дернул затвор пистолета и вышиб говорившему мозги. Тот упал к моим ногам, и я застывшим взглядом смотрела, как кровь подбирается к пальцам тонкими ручейками.
- Кто-то еще считает так, как и он?
Парни молча переглянулись, но никто больше не возражал. Рик переступил через тело игрока, закинул руки за голову, словно разминаясь после драки или перед ней.
- Что за дрянь воет по всему острову?
- Сработала сирена. Скорей всего, Фрай придумал новую игру на выживание. Уведите эту к мясу пусть оклемается.
Повернулся ко мне и протянул флягу со спиртом.
- На! Глотни. Станет полегче. Иди отдохни. Мы с тобой потом пообщаемся, куколка. Нам есть о чем поговорить.
Отобрала у него флягу, открутила крышку и сделала несколько больших глотков. Закашлялась и согнулась пополам, задыхаясь от крепости алкоголя. Он хотел отобрать флягу, но я поднесла ее к губам и сделала еще несколько глотков.
- Я оставлю это себе.
- Да на здоровье. Захочешь еще – ты знаешь где меня искать.
Я его даже не слышала. Мне было плевать, что он говорит. Мне вообще было на все наплевать. Я еще не осознала, но я уже перестала быть сама собой. Я перестала быть Найсой. Я была ею только ради НЕГО. Сама не поняла, как пришла в лагерь в барак к женщинам, то и дело поднося к пересохшим губам флягу. Прошла мимо них, столпившихся у самого входа, и упала на грязный матрас, сжимая флягу в руках и чувствуя, как все еще гудит у меня в голове. Слышала, как они шепчутся за моей спиной, как кто-то говорит о смерти Мадана, а я закрыла уши руками и раскачивалась на матрасе, чтобы унять это чувство безысходности внутри, адского бессилия, злости и желания сдохнуть прямо сейчас.
- Что с ней? Она как не в себе. Пьяная что ли?
- Не знаю. Но она в шоковом состоянии. В истерическом. – узнала голос Лолы с нотками сочувствия и недоумения.
