Ева смотрела из окна на гигантскую промышленную зону, недоумевая, как жители Сардинии могли допустить, чтобы такой природный рай был разрушен смертоносными фабриками в нескольких километрах от моря. Затем она снова посмотрела на дорогу перед ними. Ее заставили сесть на заднее сиденье, а Раис и Деидда болтали на местном языке, чтобы их не поняли. Наверняка плохо говорили о ней, подумала она.
В какой-то момент, когда ей все это надоело, Кроче записала часть разговора на аудио в мессенджере и отправила своему миланскому коллеге, уроженцу Сардинии, прося его перевести разговор. Когда тот ответил, Ева покачала головой и обнажила клыки.
– Эй, Раис, пошла в жопу. Это ты ведьма. У меня не дурной глаз, и, главное, это не я навлекла на тебя беду, поняла? И если я ношу черное, то не потому, что я колдунья, а потому, что это мое дело, понимаешь?
Раис и Деидда обменялись смущенными взглядами, затем Илария расхохоталась.
– Теперь ты по-сардски говоришь? – спросила Раис, восхищенно глядя на нее в зеркало заднего вида.
Ее коллега также проинструктировал ее, как отвечать тем же, и Ева прочла это в телефоне.
– Перестань придираться ко мне,
Мара и Илария взорвались смехом.
– И помни, я наполовину ирландка. В следующий раз, когда ты меня разозлишь, я прокляну тебя по-гэльски и заставлю потерять все волосы, – пригрозила она.
На этот раз глаза Раис наполнились тревогой.
– Эй, эй, расслабься, я пошутила…
– Меня бесит это твое гребаное отношение ко мне. Веди себя как полицейский, господи Иисусе… Кто знает, куда, черт возьми, мы едем? – спросила она обиженно.
– В район Санта-Роза, в Капотерру, – ответила Илария, проверяя свои записи.
Они осмотрели два дома из указанных Фарчи, но не нашли следов Мелиса.
– В любом случае Ева права. Она не имеет к этому никакого отношения. Это дело проклято, – очень серьезно сказала вице-комиссар.
– Дело Долорес? – спросила ее Раис.
– Нет, дело, которым одержим Баррали и которое привело к его болезни. Это расследование должно было отправиться в архив. Скажи мне, что я суеверная старушенция, но я верю в эти вещи. Некоторых мертвых нужно оставлять в покое.
«Еще одна, – подумала Кроче. – Куда я, черт возьми, попала?»
– Послушайте, мы можем избавиться от этой суеверной чуши и сосредоточиться на том, что нужно сделать? – отрезала она.
В машине воцарилась удушливая тишина, и каждая погрузилась в свои мысли. Все они думали об одном и том же, хотя и не знали этого: о Долорес Мурджа и аде, через который она прошла.
Проверяемый дом располагался недалеко от города Капотерра, в получасе езды от Кальяри, в местности под названием Санта-Роза – районе на склоне холма, окруженном скалистыми стенами, с вершины которых можно было любоваться морем, прибрежными деревушками, лагуной и обширными лесистыми хребтами вдалеке. Были слышны блеяние стада пасущихся овец и гипнотический шелест кустарника. Там, наверху, сладкий и чистый воздух благоухал миртом и розмарином. Для тех, кто любил тишину и уединение, это место было настоящим раем.
– Красиво, – прокомментировала Деидда, оглядываясь по сторонам.
– Слишком вдали от мира, на мой вкус, – добавила Раис.
– Идеально для тех, кто хочет спрятаться, верно? – резюмировала Кроче.
– И после этого она говорит, что не приносит несчастья, – сказала Раис, обращаясь к Иларии.
– Смотрите в оба, никогда не знаешь, что тебя ждет, – возразила последняя.
– Присоединишься к нам? Знай, что если б у меня сейчас были яйца, я бы за них схватилась[105], – ответила Раис.
– Закончила выступление? – спросила Кроче. – Мы можем идти?
Мара показала ей средний палец.
Трое полицейских отправились в дом для обыска. Он был выше, чем другие резиденции, и к нему можно было добраться по частной дороге. Илария предпочла оставить машину в нескольких сотнях метров, чтобы об их прибытии не стало известно раньше времени.
– Говорить буду я, – сказала она своим коллегам.
Ева и Мара пытались выяснить, можно ли обойти виллу, чтобы обнаружить какие-нибудь черные ходы, но крутая местность мешала этому, если только не перелезать через стену.
Они пересекли небольшой каменный двор и выстроились: Илария перед дверью, Кроче и Раис по бокам.
Деидда левой рукой вытащила портмоне, готовая показать значок, а правой позвонила в домофон, чтобы затем положить руку на рукоятку «Беретты», не привлекая лишнего внимания.
На подъездной дорожке стояли две маленькие машины, так что кто-то должен быть дома.
– В чем дело? Косят под дурачков? – сказала Раис, выдавая всю свою нервозность.
– Попробуй еще раз, – предложила Ева.
На этот раз Деидда нажимала на звонок дольше. Ничего.
Она собиралась повторить попытку, когда дверь приоткрылась, удерживаемая засовом с золотой стальной цепью. Изнутри дома доносились звуки «Don’t Stop Believin’» группы «Джорни»[106].
– Да? – сказала женщина лет сорока, блондинка; очень длинные прямые волосы, взгляд подозрительный.
– Добрый вечер. Маддалена Ассорджа? – спросила Илария.
– Да. Вы кто?
