Он ходил по зарослям, выкрикивая её имя. Дошел до ручья, до темной пещеры, рвал и ломал без мачете бурелом. Казалось, что уже обшарил и обкричал всё. «Куда ж ты провалилась? Или специально прячешься? Да нет, она бы не стала. Не из таких. Найду».
Сашино утро началось в лесу. Она очнулась на большой ветке раскидистого дерева. Она лежала животом на мягком мхе, руки и ноги свисали вниз. В полусне она тихо хихикала: кто-то щекотал большой палец левой ноги. Открыв глаза, она увидела на пальце нечто плоское, пучеглазое. Оно как будто тужилось, принимая цвет Сашиной ноги. Саша истошно закричала по-русски:
– А! Уберите это! Спрыгни, тварь!
Она трясла изо всех сил ногой, но бедняга, видимо, испугался не меньше, чем она сама и только еще крепче впивался коготочками в Сашин палец. Саша кричала, визжала, сходила с ума от омерзения и страха: «А вдруг он ядовитый!»
Визги и лепет на русском прервал бранный окрик на хинди. Затем голос Аши продолжил:
– Что там?! Змея?! Замрите! Я иду!
Аша поднял длинную палку и стал карабкаться на дерево. По лианам и свисающим воздушным корням для него это было сделать достаточно легко, и Аша быстро добрался до высокой Сашиной ветки и сел на неё.
– Где змея? – выдохнул он.
В Саше дрожало всё: и тело, и голос.
– На моей ноге… сидит какой-то урод. Он пьёт мою кровь.
Аша подхватил её ногу, содрал насекомое и бросил вниз. В Сашином пальце остались две клешни. Он аккуратно вытащил и их, но под кожей оставались мелкие коготки. «Будут нарывать».
– Там все ужасно?
Он отпустил ногу.
– Всё нормально. Спускаемся… Ну что же Вы?
– Аша, я боюсь высоты. Я не смогу.
– Это Вы пьете мою кровь! Я Вас искал все утро! Я обегал весь лес! А Вы теперь говорите, что не можете спуститься? Каким… Вас тогда сюда занесло?
– Вы мне помогли.
– Я?! Это каким образом?! А… Вы про это. Вы должны были идти в шалаш и спать!
– Не кричите на меня. Я спускаюсь.
Саше хватило сил и мужества добраться до ствола и вцепиться в него. Она оказалась так высоко над землей в неустойчивом положении. Её начало трясти. Чтобы подстраховать, Аша встал позади неё. Прямо перед ним оказались растрепанная прическа, белая кофточка и салатовые брючки, подвязанные шнурком от кроссовки. Вдруг её дрожь и трепет стали для него осязаемыми. Он увидел, как дрожит воздух между ними. «О Богуан, как такое может быть?»
– Не бойтесь.
Он обхватил её рукой. Ветер заиграл на листьях и ветках что-то порывистое и нежное, и начался их медленный танец снижения. Между ними ломалось, искривлялось пространство, но движение не прерывалось. Сашины руки то хватались за его плечи и шею, то снова цеплялись за лианы. Потом она отдыхала на его колене, пока он искал устойчивое место. И опять продолжалось движение. Они встречались дыханием, но каждый раз опускали глаза, чтобы не встретиться взглядом. Ей казалось, что они спускаются бесконечно долго и невероятно быстро.
К концу пути Саша стала смелее: самостоятельно и уверенно цеплялась за ветки, обвивающие ствол лианы, но Аша не отпускал её. А когда спустились на землю, ещё сильнее притянул к себе.
– Ш-што? – тихо спросила Саша.
– Беги, Алекс, – услышала она безголосый шепот в ухе и получила толчок в спину.
Саша бежала по лесу каким-то козлиным бегом – высоко поднимая колени – и бормотала испуганным голосом себе под нос чушь: «Я паучок, я паучок, я бегу, бегу, бегу». Минут через десять такого бега она перестала понимать, куда она бежит: от него или к нему. В голове перепутались все направления.
ГЛАВА 15
МИСТИКА
В этот день парящий в небе белый альбатрос наблюдал двух странных людей на острове. Один из них, чередовавший занятия тяжелой атлетикой с йогой, утомившись и пропотев, направился к океану. Стоя по колено в воде, широко расставив ноги, Аша заговорил с островом: «Ну что, проверяешь, не оскотинился ли я? А вот нет. Да я святой! Рам в изгнании! А вон там моя Сита собирает ракушки мне на ужин! А это тебе моё благословение!» Аша сложил из пальцев непристойную фигуру и показал небу и океану. И оторопел, увидев свое отражение в воде. «Ну и кто кому показывает?»
Второй странный человек сидел под навесом в обнимку с газетой и раскачивался в каком-то непонятном танце. Душой и мыслями Саша была в лесу. А ей казалось, что и телом она была там. Она спускалась и спускалась с дерева, повторяя все движения корпуса, рук, головы. Она повторяла этот танец много раз и удивлялась и радовалась тому, что тело помнит все движения. Потом она раскрыла газету и написала стихи. И белый альбатрос мог бы сто раз пожалеть, что он не умеет читать!
– Что это было сегодня? – спросил Аша у своего отражения. – Что это за атмосферные явления в воздухе? Мне не могло это дрожание просто почудиться?
– Ты собираешься пойти сейчас к ней? Успокоить? Это похоть.
– Но…
– Аша!
– Голи!
Саша отложила газету. «Нет. Нет. Не надо себя обманывать. Ты опять все себе придумываешь, паучок-дурачок».
Над островом снова вставало солнце. На небе не было ни облачка, в ветвях не пролетало ни ветерка, день обещал быть жарким. Саша спала под навесом.
– Алекс!!
