Имя перекатывалось на языке словно камешек – непривычно.
«Анея Вольховна… где вы?»
Негромкий смешок.
«Здесь я, внученька. Здесь, на острове. Твари эти, что на тебя наступают, мне же и помогают с тобой говорить. Слушай теперь, милая, что сделать надо…»
Анея Вольховна, дочь Вольхи Змиевича, внучка Змия Полозовича, правнучка совсем уж сказочного Полоза, Царя Подземного, которого никто никогда не видел, сидела, опершись спиной на всё тот же камень. Рядом стояла кружка, полная воды, – напоил её тот паренёк-офицерик, превозмогло человеческое, да того не знал, что возвращает ей силы эта вода, поднесённая врагом.
Не читал Себастьян Роджерс сказки варваров, которые, конечно, ложь, но и намёк.
Предслава…
Сердце взорвалось чёрной болью, мутью заволокло глаза. Кажется, Анея Вольховна хрипло и глухо не то застонала, не то зарычала, и только всею волей сумела отогнать затуманивающее разум горе.
Потом. Потом думать буду и горевать по сестре.
А сейчас надо вытащить из-под горы свою последнюю и самую лучшую ученицу. И она вытащит.
Чёрное чародейство сотворено, сбит первый замок на пути. Ушёл туда солдат-бедолага, прямо в железные челюсти, за Костяной Предел.
Такова цена.
Всё, что могла, сказала она своей ученице. И если вырвутся они отсюда, то уходить им сразу и как можно дальше, на север, к вечным льдам, где в прибрежных скалах таятся одной ей, старой Анее, ведомые тропинки.
А вот от вражьего подворья, гляди-ка, опять отряд. Те самые, что унесли Предславу. Узнали б вы, что ждёт тех, кто сестру мою убил, да недосуг – живых спасать надо, не за мёртвых мстить.
Она быстро чертила знаки – «чрътами и рѣзами», как положено, уставно, заповедано. Со Старых Земель принесённое искусство, столь старое, что даже самого Полоза старше.
Два царства подземных есть, одно живое, другое мёртвое. Над живым властвует тот самый Полоз, прадед, Змей же Полозович, подобно другим Зверям, к людям ближе, к Большому Медведю, Зверю Земли.
А над царством мёртвых хозяин Вран Великий, Ворон Воронович, и в его магию не дерзал вступать вообще никто… кроме самой Анеи.
Когда молодая была совсем да бесшабашная.
Ну и вот сегодня тоже прибегла. Такой уж день нынче – снова, как тогда, забывай, Анея, про запреты, откидывай уложения, сама тори тропу, сама дорогу прокладывай; а всё для того, чтобы девчонку, самими Зверями к тебе приведённую, выручить.
Ждёт её, как и тебя саму, судьба высокая да страшная, если только из этой передряги выпутается.
«Чръты и рѣзы» ложились хорошо, правильно. Не дрожит рука, верен глаз. Осталось последнее – улучить момент.
Но тут уж никто тебе, кроме самой Молли, не поможет. В том единственном случае, когда девчонка всё верно управит, без помощи уже и без подсказки. В таких делах, сколь словами ни объясняй, всё равно ученику с врагом грудь в грудь сходиться.
Один только бой кровавый умение твоё по-настоящему проверить и может.
Анея Вольховна вздохнула последний раз, покосилась в сторону подворья, в сторону солдат, и тихонько, мягким осторожным движением замкнула круг последним «рѣзом».
– С Анеей старой говорила? – Ярина не глядела на Молли, стояла, оскалясь и не сводя глаз с приближающейся цепочки теней. – Тут она, выходит, моя прабабка?
Прабабка?.. Ой да ничего ж себе…
Удивляться Молли было некогда.
– Тут.
– Ох… – болезненно скривилась девчонка. – Ну куда её Звери принесли… сгинет ведь… спасай её теперь… ко всему вдобавок…
– Нам бы самим спастись… – пробормотал несчастный Сэм. Ему, наверное, сейчас было хуже всех – остальные хоть понимали, что к чему, а он только и мог, что волочиться следом, с ужасом взирая на огромных медведя и волка.
– Спасёмся, – решительно сказала Ярина, беря Сэмми за руку, так что тот немедля залился краской. – Ты уже придумала, Молли? Скажи, когда кусать надо будет!
– Ты один раз уже укусила, – фыркнула Молли. – Насилу вытащили! Нет уж. Не кусай этих. Госпожа Старшая у них на пути встала, там, под Чёрной Горой, так едва жива осталась.
Волка мягко толкнула Молли мордой. Кивком указала на лорда Спенсера, что стоял, как-то по-особенному понурившись.
– Ваша светлость?
– Боюсь, мисс, я вам сейчас не помощник. – Девятый эрл не смотрел на Молли.
– Почему?
Лорд помолчал. Тени надвигались, бесшумные, и за плечами их трепетали, развеваемые ветром магии, огромные плащи, вытягивались длинными языками клубящегося мрака.
– То, чем я владею, мисс Моллинэр, тут бессильно. Моё оружие, да и я сам – мы способны в какой-то степени рассеивать магию, противостоять ей. Поглощать. Но и только.
Он явно чего-то недоговаривал, этот лорд.
– Это же ваш остров! – яростно выпалила Ярина. – Сколько вы веков тут сидите?! И не знаете ничего, что творится у вас под носом?!
Граф молчал.
Тени надвигались.
Медведь и Волка – оба глядели на Молли.
И Сэм. И Ярина. Все.
Ой, мама-мамочка!
Молли зажмурилась, вспоминая слова госпожи Старшей.
