Ярко-голубые глаза светились любовью. Неужели он говорит правду?
– А как же Лаонна? – Блин! Ну почему эта девица всегда между нами? И надо же было мне вспомнить о ней в такой неподходящий момент. Ругая себя, на чем свет стоит, я смотрела в улыбающееся лицо Каса.
– Я расскажу тебе одну тайну, но пообещай, что никому не проболтаешься, – попросил парень.
– Обещаю.
– У Лаонны уже есть возлюбленный – мой брат.
– Ты меня разыгрываешь, Кас? Твой брат женат.
– В том то и проблема. Она давно любит Эмаруила, но им не суждено быть вместе, поэтому девушка очень страдает.
– Вижу, как она страдает: вертится вокруг тебя целыми днями.
– Я ещё раз повторяю – мы друзья, с детства привыкли быть вместе.
– И все же не поверю, пока не увижу доказательства, – упрямо сказала я. Кас наклонился ко мне и дотронулся до едва заметного рубца на левой руке. Эльфийские целители сотворили чудо. Получив я такую рану дома, остался бы некрасивый шрам. От прикосновения теплых пальцев по коже пробежали мурашки, сердце забилось чаще, и меня обдало запахом океана.
– Я попытаюсь доказать свою любовь, – прошептал Кас, поцеловал в щеку и вышел из комнаты.
Не прошло и минуты, как в палату не просто вошли, а влетели две девушки, ну с очень сомнительным психическим здоровьем. Эти фурии забрались на мою кровать и начали что-то слишком оживленно говорить, да ещё в один голос, вот только что именно, разобрать было не возможно.
– Постойте, девчонки! – громко попросила я, еле сдерживаясь от смеха. – Может кто-нибудь один начнет?
Таиндиль только хотела открыть рот, но он тут же был бесцеремонно прикрыт ладонью Наймисиль, которая, похоже, сама хотела начать разговор.
– Мы слышали, – произнесла она с улыбкой, какой я ещё не замечала на её лице.
– И что же вы слышали? – поинтересовалась я.
– Ваш разговор с Касиллианом. Правда, не весь, а лишь последние его слова. Ай! – Тиль, кажется, прикусила ей палец, потому что Наймисиль резко убрала руку, дав, наконец, выговорится подруге.
– Рассказывай, Эми, как тебе это удалось? – воспользовалась моментом Таиндиль. – Ты ведь говорила, что мы не будем разлучать их с Лаонной!
– А я и не разлучала. И вообще не понимаю, о чем это вы.
– Не понимает она, – недовольно произнесла Наймисиль. – Что же тогда означает то признание в любви твоего дорогого Каса?
– Не знаю, что оно означает, – призналась я и тут же увидела крайне удивленные лица эльфиек.
– Ты не рада, Эми? – спросила Таиндиль.
– Чему? Что вела себя глупо по отношению к Касу?
– Это ты о чем? – нахмурилась Наймисиль.
– Выходит, вы, и правда, не все слышали. Лаонна уже влюблена в... другого парня и давно, так что разлучать эту парочку и не нужно было – они друзья, – призналась я, не открывая всей правды, ведь секрет не мой, и я обещала не говорить никому о влюбленности девушки в принца.
– Что-то не замечала со стороны этой девушки любви к кому-либо, – ехидно сказала Тиль, – по-моему, она только себя любит, а вот у нас для тебя, Эмили, кстати, тоже новость есть.
– Замолчи, ненормальная! – воскликнула Наймисиль и снова попыталась закрыть рот подруги, но та увернулась и выбралась из кровати.
– Наша строптивая Наймисиль влюбилась! – успела сказать она до того, как виновница разговора повалила её на пол.
– Что здесь происходит? – строгий голос, вошедшей на шум целительницы, заставил двух эльфиек, в данный момент больше похожих на кошек, добивающихся любви хозяина с помощью когтей и вырывания клочков шерсти из соперницы, покорно остановиться.
– Извините, пожалуйста! Мы больше не будем шуметь, – улыбнулась своей ангельской улыбочкой Наймисиль. Ну как можно не поверить этой чудесной светлой девушке?
– Хорошо, – снисходительно сказала целительница. – Иначе в посещении больной вам вовсе будет отказано. Я хотела сказать, что в этом нет необходимости, так как меня сегодня выписывают, но решила не подливать масло в огонь... и докторша вышла.
Посмотрев на подруг, я не смогла удержаться от смеха, но представив, что сейчас вернется строгий надзиратель и вышвырнет меня заодно с подругами из палаты, немного успокоилась. Надо было видеть то, что творилось на головах у девушек: «прически» напоминали огромные птичьи гнезда, а в сочетании с растрепанной одеждой, создавали незабываемо-убойный прикид.
– Все, я перестаю, – ещё со смехом в голосе, сказала я, а то подруги чуть не решили возобновить выдергивание волос, только уже из моей бедной головы. – Лучше расскажите мне, как тебя, Наймисиль, угораздило влюбиться, и, кстати, кто этот счастливчик?
– Твой наставник Малион, – заявила Тиль.
– Что? – не поверила я, но взглянув на блондинку, не решающуюся поднять взгляд, поняла, что она, и вправду, влюбилась.
– Точно угораздило, – выдвинула я вердикт.
– А что такого, он хотя бы не из королевских кровей, в отличие от твоего, – съязвила Наймисиль, вскинув гордо голову.
– Ну, а Малион что думает о твоей любви, – поинтересовалась я, проигнорировав колкость подруги.
