Теперь мы все четверо, проживавшие в одной комнате, оказались без работы. Сергей открыто обвинял в случившемся Аркадия и моего земляка, а те посылали его. Мне, по секрету советовал, как можно скорее расстаться с ними, и в будущем держаться от таких людей подальше. Рекомендовал, иметь дело с ним. Сочетание последних событий всё более объединяли меня с Сергеем вокруг предстоящего посещения адвокатской конторы. Аркадий и мой земляк сосредоточились на телефонных переговорах по поводу новой работы, и вскоре объявили о своём отъезде куда-то на север. Я был искренне рад их благополучному самоопределению и с надеждой ожидал скорой и счастливой развязки затянувшегося коммунально-психологического узла. Меня удивило их совместное решение… помочь мне выйти из затруднительного положения.
Мой земляк, подгадав момент, когда поблизости не было Сергея, по-приятельски сообщил о предложенной им работе на цветочных плантациях, куда они готовы и меня взять. Я поблагодарил за проявленное внимание и отказался, коротко сославшись на иные планы и южное направление.
Назначенный нам день приёма в адвокатской конторе случайно совпал с четвергом — последним днём недели проживания. По пятницам мы вносили рентную плату за следующую неделю проживания.
В четверг утром, чтобы прибыть в Лондон до девяти утра, мы встали рано и вышли из дома, когда все соседи ещё спали.
Из разговоров накануне, я понял, что Аркадий и мой земляк планировали переночевать здесь последнюю ночь, а утром отбыть на новое место. Предполагалось, что, вернувшись из Лондона, мы их уже не увидим. По этому поводу никто не горевал.
Утро выдалось ненастное. Порывистый ветер сочетался с дождём. Не полюбившийся мне пакистанский город Лютон словно взбесился, обдувая и поливая нас вдогонку. Всю полуторачасовую дорогу до Лондона лил дождь, и на душе было дождливо и ветрено-неспокойно. Накопилось много вопросов, обсудить которые мне не было с кем.
Уже в центре Лондона, когда все пассажиры сошли, мы оказались в автобусе одни. Водитель поинтересовался, где же мы хотим сойти. Я высказал предположение, что конечной остановкой будет вокзал Виктория, куда нам и надо. Водитель понимающе улыбнулся и пояснил, что конечная остановка уже была, но обещал высадить нас неподалёку от станции метро Виктория. Мы присели поближе к водителю, и, поджидая остановку, разглядывали дождливый утренний будничный Лондон.
Заметив покладистость водителя, у Сергея возникли к нему вопросы:
— Спроси его, где здесь королевский дворец, — поручил он мне.
— Оно тебе сейчас надо? — ответил я, думая о своём.
— Тебе шо, трудно спросить? — прозвучал тон человека, недавно содействовавшего мне мелкими денежными займами.
— Вот сам и спроси, если нетрудно и уместно, — дождливо проворчал я, глядя в окно.
К моему удивлению, Сергей так и сделал:
— Сэр, сэр… Это вот, а дэ тут Квин палац? — заехал он по-украински к водителю, сосредоточенному на узкой проезжей дороге в центре города в час пик.
— Простите, я вас не понял — вежливо отозвался водитель, не отвлекаясь от управления.
Оказалось, водитель лондонского автобуса и по-украински не понимал.
— Квин… хауз… квин… — пояснил Сергей, показывая непонятливому водителю что-то руками.
— Не понимаю. Что он хочет? — пожал тот плечами, бегло взглянув на меня через зеркало.
— Здесь мы могли бы выйти, — ответил я водителю на его вопросительный взгляд, заметив, знакомые места неподалёку от вокзала Виктория.
— Да-да, я ищу место для остановки. Приготовьтесь, — ответил тот.
— Шо он говорит? — принял участие Сергей.
— Приготовься к выходу.
— А королевский дворец? Шо он сказал?
Неподалёку от станции метро водитель подгадал подходящий момент и место у тротуара, приостановил автобус и открыл переднюю дверь.
— Спасибо! — поблагодарили мы, торопливо выскакивая на мокрый тротуар.
— Удачи! — ответил водитель и поспешил отъехать, не закрыв дверь.
На станции метро было людно и суетно. Народ спешил на работу, некоторые топтались у касс в ожидании 9:30, после чего тарифы дешевле. При продаже билетов до станции «Семи Сестёр», служащий пояснил, что если мы готовы подождать десять минут, то сможем воспользоваться, билетом на фунт дешевле. Мы согласились.
Купив билеты, решили позвонить в контору и предупредить о своём опоздании. На звонок ответила Людмила. Выслушав, заверила, что всё остаётся в силе, и она готова принять нас.
Сергей выглядел озабоченным или недовольным чем-то. Его настроением я не интересовался, думал о своём, но получалось сумбурно и неутешительно. Вагоны метро в это время полны. Пассажиры напряжённо вежливы. На душе скверно.